Наконец дверь открылась, вышел слуга и пригласил мужчину внутрь.

Аристарх Павлович зашёл, увидел князя за столом и поклонился. А вот стол — это был вполне себе сигнал, что правитель в «рабочем» режиме.

— Проходи, Аристарх, — сказал князь. — Подойди ближе, дай на тебя посмотрю.

— Я всё тот же, господин, — ответил целитель.

— Вижу, что тот же. Тем и удивительнее, — сказал он с намеком. — Как поживаешь? Как дела в больнице? Семья что?

— Всё в порядке, господин. Мелкие заботы и проблемы, но куда же без них?

На дворе стоял вечер, верхний свет не горел, только торшер был включен. Что создавало атмосферу полумрака.

Сам князь, мужчина крупной комплекции, сидел в кресле, которое больше походило на трон, вальяжно, откинувшись на спинку. Правая рука его лежала где-то внизу, на ноге, вне поля зрения. А вторая, левая, — на столе.

— А что это у тебя за заботы такие, что ты к Кузнецовым захаживать стал?

— К Кузнецовым? — Аристарх Павлович изобразил удивление. — Я решил взять пару уроков в школе меча. Так уж вышло, что ею владеют Кузнецовы, но с ними каких-то частных дел у меня нет.

В переводе это означало, что Аристарх Павлович по-прежнему держится нейтралитета и ни с кем в союз вступать не собирается.

— Пару уроков? — как-то излишне по-доброму переспросил мужчина, будто родной дядя, спрашивающий про успехи племянника.

Только прищурился он совсем не добро.

— Да, господин, — спокойно ответил Аристарх Павлович.

Вины он за собой не чувствовал. Опасения, что князь может впасть в немилость — да, ощущал. А вину — нет.

— Чего же это? Немолод уже.

— Да как-то, после того как чуть не убили, решил попробовать.

— Убийства? — озадачился князь. — Это ты про границу?

— Её самую.

— Угм-х, — выдал князь неопределенно. — И это всё?

— А что ещё может быть? — удивился Аристарх Павлович.

— Ученик твой в школе что делает?

— Так тоже учится, — ответил Аристарх Павлович. — Думаю, по тем же самым причинам. Неприятности на парня так и сыплются. Надоело битым ходить.

— Тебя послушать, так мой город — опаснейшее место.

— При всем уважении, господин, то прямо в полевом лагере диверсию устраивают, то целителей и конкретно меня убить пытаются, то дочку похищают, то в лечебницу в тяжелом состоянии попадает работник тайной службы. Про ученика уж молчу. Сколько раз его били, боюсь представить. То Голыновский на девушку нападет, то Черепа беспредел устраивают. А недавно и вовсе чуть парню моему голову на улице не проломили. Он-то отбился, не зря занимается, но тут же городовые появились, подкупленные, и забрали его. В камеру пихнули, где его чуть не порезали, — выдал Аристарх как на духу. — Я человек мирный, вы же знаете, но тут, хочешь или нет, о безопасности задумаешься.