— Я понял. Посмотрим, что можно будет сделать.

Я снова вздохнул и подумал, что Григорьева нужно менять. Мавр сделал своё дело. Мавр должен уйти. На заслуженную и достойную пенсию. Кого поставить? Вот вопрос. Они же буквально все, кхм, безопасники, в конце концов, совершают попытки переворота, что в государстве, что в корпорации. Так всегда было и так всегда будет. Не даром Сталин их тасовал. Но под конец жизни не успел-таки Берию снять. Видимо устал. Поэтому я и привлёк к управлению самих безопаснков. И фактически передал им свой бизнес. С Дроздовым мы решили ещё до создания молодёжного центра, что всё имущество, нажитое непосильным трудом, отойдёт «системе».

Он тогда ещё не понимал, что я имею ввиду, так как я в этом мире не пророчествовал о развале СССР, а просто создавал параллельную государственной финансовую копилку для комитета. Я объяснил Дроздову к чему приведёт приватизация и акционирование и мой прогноз поразил его до глубины души. С одной стороны поразил, а с другой воодушевил. Он тогда ещё не верил в распад СССР. Хотя, я и об этом говорил. Не пророчествовал, но рассуждал, да.

Про Ларионовых я знал из чужой-своей памяти и из источников, приближённых к ним непосредственно, а именно — средств прослушивания. Плазмоиды были отличным инструментом сбора информации, особенно в, хм, руках Флибера. Ещё на рыбалке я, размышляя о том, кто бы мог организовать моё убийство, «отмёл» Баула и губернатора. Это не их методы. За мной явно стояли силовики, хоть и бывшие. Но «бывших комитетчиков», как говорится не бывает. Не могли бы они покуситься на «святая святых».

А вот братья Ларионовы — могли. Они вообще были какие-то безбашенные. Правда в этом мире я им совсем не дал шансов, на что-то «наложить лапу». Но парни были дерзкими и считали ВРХФ своей вотчиной. А поэтому побороться за имущество могли бы. Тем более, что бандитские наклонности у них имелись, а капитан первого ранга Полубояринов (один из бывших руководителей Разведывательного управления Тихоокеанского флота), которого они привлекли в «систему» в девяносто втором году, убедил их создать охранное предприятие по нашему типу, только из спецназеров ГРУ, а это, как правильно говорил Григорьев, две большие разницы. Если КГБ — корпоративная система единоначалия, то ГРУ — сплошной волюнтаризм, так как спецназеров, в первую очередь, учили выживать самостоятельно, любыми путями и способами выживать, зачищая свой путь антигуманными методами.

Вот и Ларионовы то ли тоже стали такими, рыба, как известно, не может не просолиься, если находится в растворе соли, то ли были такими, кхм, «романтиками». Младший из братьев Сергей (пятьдесят девятого года рождения) при управлении «Востокрыбхолодфлот» создал спортивно-технический клуб, а потом на базе спортклуба — охранный кооператив «Румас».