Нет, нет, нет! Это какая-то глупая шутка! Жестокий розыгрыш его противных дружков, что меня не любят.
— Это… шутка такая?.. — с трудом выдавив из себя слова, с надеждой спросила у мужа.
— Ингриэль, все серьезно. Это очень суровые господа, — трясся Лоранэл, умоляюще заглядывая мне в глаза. — Они просто меня убьют… Ингриэль, ты же меня любишь. Ты ведь не допустишь, чтобы меня убили?
Коктейль эмоций переполнял, разбивая на осколки. Меня, словно щепку в бурю, швыряло из одного чувства в другое. И это мешало трезво оценить ситуацию.
Мне хотелось сказать, что шутка затянулась. Хотелось возразить на слова мужа, закричать, чтобы прекратил этот фарс. Хотелось рассмеяться от идиотизма ситуации, а ещё хотелось плакать… Это все неправда. Однозначно неправда. Я сплю, и мне снится кошмар. Просто, пока ждала Лоранэла, заснула, вот и привиделось странное.
Растерянно обвела взглядом окутанный сумраком кабинет. По периметру комнаты, у стен и книжных шкафов стояли жуткого вида бандиты и ухмылялись. Их моя трагедия забавляла.
Страх, отчаяние, непонимание — за что мне все эти беды, накатил с новой силой. Мой мозг отказывался верить в то, что сейчас происходит.
— Я люблю тебя Лоранэл, но все это…
— Ингриэль, ты не понимаешь, — грубо перебил муж и до боли сжал мои руки. — Меня сейчас убьют!.. Если ты добровольно не дашь своего согласия — меня казнят! Ты этого хочешь? Тогда моя смерть будет на твоей совести, Ингриэль! Неужели твои слова о любви в Едином храме ничего не значат?! Неужели моя жизнь не стоит твоей жертвы?..
— Лоранэл, ты… — Я отказывалась верить в то, что слышу. — Ты действительно отдаешь на ночь меня… свою жену, другому мужчине?.. Как после всего этого мы потом будем жить?
— Нормально будем жить. Главное — жить, Ингриэль, — отмахнулся муж и поспешно заверил: — Я решу все трудности. Тебе, если захочешь, почистим память. Сейчас это не так важно. Просто знай: если ты согласишься, у нас будет это потом, как и жизнь.
Я хотела возразить на эти чудовищные доводы логики мужа. Но тут дверь кабинета с легким скрипом отворилась, и внутрь зашел суровый оборотень со шрамом на лице. Он обвел вмиг подобравшихся бандитов суровым взглядом, а потом уставился на нас.
— Хозяин передал, у вас осталось десять минут, — сказал как отрезал оборотень и вышел из кабинета.
Обстановка вмиг изменилась. И до этого тяжелая атмосфера давила монолитной плитой, а теперь стало сложно дышать от осязаемого ужаса и безысходности.
После слов оборотня со шрамом Лоранэл затрясся, словно в истеричном припадке. Его идеально-красивое лицо исказилось, глаза загорелись безумным блеском, рот перекосился, губы задрожали.