«Могу. Но не рву же».
«Да-да. Собственную силу в двигатель — я залил, а не ты».
«Это был форс-мажор! Я не хотел, но нельзя же было сдаваться! Тогда бы нас не допустили к настоящей гонке».
«Ну-ну, — фыркнул я. — Хочешь сказать, что на настоящей гонке ты так делать не станешь?»
«Ой, Миша, ну до чего ты нудный! Закажи лучше пожрать. Силу-то я и правда поистратил».
Насыщение желудка на восстановление магических сил не влияло никак, но я подозвал официанта и заказал отбивную с салатом и гарниром. Есть действительно хотелось.
Пока ужинал, я поглядывал в зал.
Народу там постепенно прибавлялось, все друг друга знали. Приветствовали, хлопали по плечам, обменивались остротами. На меня время от времени кидали любопытные взгляды, но никто не подходил.
По обрывкам разговоров я понял, что не все, кто собирается в зале, будут участвовать в гонке. Подавляющее большинство составляли болельщики. Гонщиков — они были в меньшинстве — отличала одежда: костюмы, похожие на те, в которых занимаются верховой ездой.
Появились в зале и дамы, и пронырливый субъект с блокнотом в руках. Он, как я понял, принимал ставки — здесь работал своего рода тотализатор. Слово «Лорд» звучало чаще других. Меня, оказывается, угораздило столкнуться с фаворитом гонок.
Впрочем, Серж, после того как перестал считать меня малолетним выскочкой, показался мне парнем неплохим. Со всеми, кто к нему подходил, он разговаривал шутливо, дружелюбно, без тени высокомерия.
Я закончил ужин и принялся за чай.
Официант, собирая на поднос посуду, загородил от меня зал, и появления в трактире нового действующего лица я не увидел. Только услышал слова Сержа:
— Да вот же он, герой дня! Идём, я вас познакомлю.
Официант отошёл. А мне пришлось поставить чашку на блюдце, чтобы не расплескать чай. Рядом с Сержем стоял Лопухин.
Глава 27 Первое правило клуба
Первым моим порывом было вскочить и броситься к Лопухину. Если бы не Захребетник, перехвативший управление, я бы так и сделал.
«Спокойно, Миша! — Захребетник, подавив мой порыв, остался сидеть за столом. — Не дёргайся».
«Не дёргайся⁈ — прошипел я. — Ты что, уже забыл, что было в поезде? Это ведь он, этот мерзавец, подослал убийц!»
«Я знаю. Как знаю и то, что этот мерзавец никуда от нас не денется. Месть, Миша, это блюдо, которое следует подавать холодным. А сейчас не лучшее время для того, чтобы его убивать. Вокруг полно свидетелей, и все они — если не друзья, то как минимум знакомые Лопухина. Какой бы скотиной он ни был и как бы эти люди на самом деле к нему ни относились, они встанут на его сторону, а не на твою. Ты для них — чужак, которого впервые видят. Не создавай неприятности себе и Коршу. Это ведь ему, как твоему начальнику, придётся оправдываться за твоё поведение».