Словно в подтверждение моих слов правые колёса автомобиля соскользнули в колею, и он противно заскрежетал дном по мокрой каменистой глине.
— Всё, — категорически объявил я. — Машину мне жалко! Если с ней в этой тмутаракани не дай бог что-то случится, механиков я днём с огнём не найду. Какой тут ближайший населённый пункт?
Зубов почесал в затылке.
— Версты через три деревня должна быть. Кажется…
— Отлично, вот там машину и оставим.
— А добираться как?
— Попросим, чтобы до железнодорожной станции довезли, а там карету наймём. Или на телеге доедем.
— Шутишь? — надулся Зубов.
— Ни капельки. На автомобиле мы по такой дороге рискуем вообще не добраться.
— Да нормальная дорога! Вон, смотри, даже мостик устроили!
Зубов указал на доски, лежащие на дороге впереди. Их, видимо, перекинули через особо выдающуюся канаву — такую, что не объехать и не переехать.
— Вижу, — проворчал я. — Понятное дело — доски перекинуть проще, чем дорогу чинить.
— А они не сломаются? — заинтересовался Лука, вцепившийся в моё кресло сзади.
— Не должны! — обнадёжил Зубов.
Я скептически покачал головой. Но, справедливости ради, выглядели доски крепкими. Я въехал на мостки.
— Ну вот, видишь! — сказал Луке Зубов. — А ты боялся, что сломаются.
И тут же, будто услышав команду, доски переломились — все сразу и ровно посредине. Автомобиль рухнул в яму.
Глава 21 Дураки и дороги
Я упал грудью на руль. Зубов упёрся руками в лобовое стекло. Дети завизжали, Принцесса залаяла.
— А ну, тихо! — прикрикнул я. — Все целы?
Я попробовал оглянуться. Увидел, что Лука лежит на спинке моего кресла.
— Целы, — отозвался он.
— А чего кричите?
— Страшно, — заявила Леночка.
— Да чего же теперь бояться? Мы уже упали, дальше падать некуда.
Я выглянул наружу. Автомобиль воткнулся носом в жидкую грязь. Передние колёса увязли полностью, радиатор наверняка залило.
Да чтоб тебя! Благо хоть вытащить не проблема. С тех пор как я впервые делал это на Урале, прошло немало времени, сил у меня прибавилось.
— О-ох, барин, — донеслось вдруг до меня. — Ох, беда-то какая!
Я поднял голову. На другой стороне канавы стоял крестьянин — босой, в холщовой рубахе и закатанных по колено штанах. Он, уперев руки в бока, разглядывал нас и горестно качал головой.
— Ты на лошади? — спросил Зубов.
— Ага. Две лошадки у меня.
— Вытащишь нас?
— Можно попробовать. — Крестьянин почесал в затылке. — Да только лошадок жалко. У вас эвон какая автомобиля здоровая! Тяжелючая, поди.
— Рубль за подмогу, — сказал Зубов.
— Шутите, барин? — фыркнул мужик. — За два червонца — так и быть, попробую вытащить.