Но на одном меридиане дело не остановилось — у меня было много Ци в почти десяти тысячах внешних меридианов, да и из духовных камней вливалась и вливалась новая. За первым внутренним меридианом появился второй, третий, четвёртый. Я остановился только тогда, когда тело стало намекать, что больше не выдержит потока энергии. Мол, извиняй, хозяин, но ещё ложечка — и я лопну. К этому момент у меня уже было семьдесят четыре внутренних меридианов. Правда, Ци в них было немного, всё ушло на прорыв, но всё равно отлично.

Тут мне и окружающее пространство стало намекать, что пора валить — с потолка ссыпалась земля, запорошив мне голову и одежду. Я открыл глаза, и как раз вовремя: одна из колонн, что была передо мной, лопнула, вызвав поток камней и земли. Блин, да она не одна такая! Ещё три колонны валялись кусками на полу, в корках упавшего с потолка мусора. Похоже, мой переход оказал какое-то влияние на внешний мир, вызвав такие последствия. Надо делать ноги!

Подхватив неиспользованные духовные камни с массива, поколебался секунду, но всё же схватил холодильники и впихнул их пространственное кольцо. Такие штуки точно не будут лишними в секте, за них могут отсыпать немало разных полезностей. Так, что ещё смародёрить⁈ Кости? Та нафиг они нужны. Нет, больше ничего полезного не осталось. О, какие-то записи лежат. Я схватил книжки, исписанные неизвестными мне рунами, но они рассыпались пылью. Ну и хрен с вами, оставайтесь тут!

Плюнув на всё, вылетел из комнаты, уворачиваясь от сыплющихся с потолка камней. В сторону! Кусок стены резко отвалился, чуть не поломав мне ноги, но я успел отскочить. И тут же понёсся вперёд, бодая головой ручейки земли и камешков, сыплющиеся сверху.

Каким-то чудом я добрался до винтовой лестницы и остановился, поджав губы от обиды — она почти вся осыпалась! Ну не сволочь ли⁈ Мне как-то не хочется, чтоб меня потом откопали в новое открытие Наследие любопытные ученики! Так, что у меня есть, чтоб выбраться? Кажется, я видел в кольце ножи… Точно! Два ножи там были! Выхватил их, запрыгнул на стену лестничного колодца и стал подниматься по стене, вонзая ножи в стенку. Хоть бы не сломались, хоть бы не сломались! Как на зло, на полпути один из ножей наткнулся на плотный камень, и, звякнув, его лезвие отломилось у самой рукояти. Я повис на одном ноже, выхватил меч и стал его использовать вместо ножа. Ещё и стена трясётся, а из темноты внизу доносятся глухие удары и шорох обрушивающихся глыб.

То, что я всё же поднялся наверх, иначе, чем чудом, и не назвать. Весь потный и грязный, запыхавшийся, усталый я перевалился через вход, рухнув на одну из створок. Ух! Какой кайф! Она так приятно холодила раскалённые от утомительной работы мышцы!