Дан тяжело вздохнул и встал со стула, на который опустился всего минуту назад. Этот и следующий день будут сложными для него, но… так интереснее. А то еще заскучал бы на карантине.
Глава 32 Церемония
Церемония начиналась с сольного танца Дана. Его подняли на платформе над уровнем главной сцены, чтобы зрители и камеры лучше его видели. Согласно сценарию, свет на сцене будет загораться фрагментами — от позиции Дана к краям. Первые секунды Дан танцевал в свете единственного прожектора, затем загорелся экран позади, постепенно включали освещение сцены впереди и по краям.
Мелодию Дан писал самостоятельно, под определенные требования — что-то эпичное, с акцентными моментами, чтобы напряжение возрастало каждые двадцать секунд. Каждая «ступень» возросшего напряжения была сигналом и для включения света на определенном участке. Через восемьдесят секунд сцена была полностью освещена, а к классическому инструменталу добавилось электронное звучание. Дан спрыгнул со своей платформы вниз, еще двадцать секунд танцевал «на острие» клина профессиональных танцоров, а потом ушел. Следующие семьдесят секунд сцена принадлежит танцорам и тем людям, которые отвечают за спецэффекты в реальном времени. Затем — немного фейерверков и дыма, чтобы выгодно переключить внимание зрителей на дополнительную сцену, где разместили оркестр. И потом уже, под маршевое вступление, на сцену вышли Дан, Анджон и Еджун.
Нагрузка на Дана, по факту, колоссальная. Отработав не самую простую хореографию, ему приходится переодеваться — из простого белого наряда в сложный сценический костюм, бежать к другому выходу на сцену, чтобы тут же начать следующий номер.
Первые секунды Дан заслонял спиной Еджуна и Анджона. Будто генералы на параде, они втроем шли друг за другом мимо шеренг танцоров, которые выстроились по стойке смирно. Во время репетиции заранее проверили — высокий рост Дана надежно скрывает его сонбэ, их невозможно узнать до того, как Дан отходит в сторону.
Зал был заполнен всего наполовину, но уровень шума от этого меньше не стал. Зрители заорали, когда увидели Дана. Потом вышел Еджун и крики стали еще громче — теперь и айдолы кричали, приветствуя легенду. Ну, а когда Еджун шагнул в сторону, делая видимым Анджона, крик стоял такой, будто здесь были заняты все двадцать тысяч посадочных мест.
Это и задало настроение всей церемонии. Они втроем исполнили свою новую песню, удивив всех вокальным бриджем, потом добили дэнс-брейком. Уходя со сцены, они понимали, что «шалость удалась» — эффект от этого выступления был именно такой, как они и надеялись. После, стоя за сценой и восстанавливая дыхание, они слушали разговоры ведущих первого дня.