Дан понимающе кивнул. На него повесили маленький микрофон с передатчиком — специально, чтобы запись разговора была особенно качественной, без помех, и ее можно было бы использовать в суде. Затем Дан прошел в допросную комнату через небольшой коридорчик.
— Здравствуйте, — вежливо сказал Дан, садясь за стол, — Мы в вами особо не общались, но, думаю, вы меня помните.
Китэ явно удивился, хотя вида старался не подать.
— Здравствуйте, — с какой-то издевкой в голосе ответил он. — С каких это пор айдолы ведут допросы?
— Я… кто-то вроде внештатного консультанта, — ответил Дан. — Думаю, вы и так знаете, что это я поставлял информацию следствию о том, что происходило внутри индустрии… Сейчас меня попросили поговорить с вами. Как… как продюсеру с продюсером.
— Ты не продюсер, — быстро ответил Китэ.
Он разом нарушил все нормы приличия, обратившись к Дану на «ты». Можно было бы заострить на этом внимание, но Дан не стал. Решил, что тогда тоже откажется от уважительного общения. Ему ведь нужно взбесить Китэ. Это будет несложно — чего-чего, а уж желания довести бывшее начальство у него было в избытке.
— Почему это? Я полностью отвечаю за музыкальное продюсирование трех очень успешных групп, написал несколько альбомов западным исполнителям и самому себе. Кажется… да, думаю, я успешнее тебя.
Китэ дернулся, словно собирался вскочить, но мигом взял себя в руки. Он криво улыбнулся и ответил:
— Ты не продюсер. Ты не знаешь и половины того, что должен уметь продюсер. Деньги агентства помогли некоторым вашим группам стать знаменитыми, но вас все равно забудут уже через пару лет. Американский шоу-бизнес скоро устанет от вас и найдет новое развлечение.
— Ну не знаю, — протянул Дан. — Номинаций на Грэмми у меня пока больше, чем корейских дэсанов у всех твоих групп вместе взятых. Свое имя в историю музыки я вписал прочно.
Китэ, кажется, даже зубами скрипнул. Звука, конечно, не было, но именно так со стороны выглядели его напряженные мышцы шеи и сжатые челюсти. Только сейчас Дан подумал о том, что Китэ выглядит… неприятно. Не в смысле — некрасиво. Просто что-то… опасное было в его мимике. То, как опущены уголки губ, или этот несколько презрительный прищур, насупленные брови. Раньше Дан не обращал на это внимания, а сейчас сложно было понять: это предубеждение, или он просто не замечал этого в прошлой жизни из-за отсутствия опыта.
— Мне можешь не рассказывать эти сказки, — заговорил Китэ после непродолжительной паузы, — Грэмми ты получил благодаря связям, а не из-за таланта… Как и все айдолы, ты умеешь только торговать лицом.