Снова один скромный воитель.

Возвращение моё прошло… специфически. Нет, коняшка честно брела по полю и даже перешла на рысь, когда окончательно рассвело, но… не стоит недооценивать фей. Никогда не стоит недооценивать фей. Всё произошло примерно за час-два до моего возвращения к башне чародеев. Милые маленькие леди просто выследили, загнали и облепили мою скромную персону.

— Да-а-а! Я первая нашла! Теперь я главная! — возликовала миниатюрная девушка с голубоватым отливом коротких волос, что натуральной бомбочкой спикировала на мою персону, этак пузиком в лицо, чем чуть не сбила с коня. При этом ликовала она, вовсю меня тиская, обхватив ножками и взлохмачивая волосы.

— Силиви не может быть главной — она слишком легкомысленная! — возмутилась вторая фея, оказавшаяся рядом. И вот чего-чего, а подобного аргумента я от фей не ожидал. Тем не менее«предъява » была «кинута» , и на неё ответили:

— Мы договорились! И поспорили! И э… это было пари! — чуть сбилась, судя по всему, та самая Силиви, явно вспоминая слово. — Или вы отказываетесь от своих слов?

— Ничего не знаем! — хором ответили ей ещё несколько феечек, поспешивших облепить моё тело, кажется, тем самым пытаясь оттеснить от него«победительницу» .

— Кхм… — прочистил я горло, ибо та самая победительница в ходе прений уже сместилась несколько ниже, отчего мои губы упирались уже не в её пупок, а в ложбинку между двумя прикрытыми лишь сплетёнными листиками и травкой холмиками. А мне, как бы, для прилива определённого рода бодрости хватило и нежной кожи животика феи, которым та елозила по моему лицу. — Милые леди, может, вы объясните, что происходит?

— Хм-хи! — очень«доходчиво» ответили мне процентов так девяносто милашек, а их ладошки загуляли по моему телу заметно активней.

— У нас выборы! Мы поспорили, кто первый найдёт нашего друида! — добавив в голос максимум важной и самодовольной интонации, пояснила мне миниатюрная красотка, в чью грудь я всё ещё был вжат лицом. — И теперь главная — я!

— Нечестно! Эдвард должен утром давать ягодки с молоком только мне! — возмутилась Тинкалиэнь откуда-то со спины… В смысле, очевидно, это её грудь вжималась мне в затылок.

— Нет! — это уже был кто-то другой, кто до этого не говорил. — Тинкалиэнь нельзя давать ягодки первой! Она не умеет останавливаться и всё съедает!

— Да!

— Верно! — понеслось со всех сторон.

— Не всё! — потребовала справедливости обвиняемая.

— Почти всё!

— Вы такие же! — последовало ответное разоблачение. И… я не видел, что вокруг происходит, но возня и взаимные пихания фей явно нарастали.