Так стоп, Илем, кончай херней страдать! Не хватало тебе повального нашествия озабоченного бабья. Нет, нужно будет провести воспитательную беседу с теми, кого уже имею в любовницах, мол держите языки за зубами, дабы не получить кучу конкуренток. Сами приходите хоть поодиночке, хоть вдвоем, а вот устраивать огульное нашествие на свою обитель не позволю. Да и мужики здешние не поймут.

Остаток ночи прошел весьма и весьма плодотворно, можно сказать, оченно приятственно и бурно. Что немудрено, обновленный организм работает как часы. Это еще без курса полного омоложения, для проведения которого у меня нет достаточного количества необходимых ресурсов. Впрочем, мне оно пока что и не нужно. Смерть от старости я отодвинул минимум на полвека, может быть и больше. Потенциал организма довел до физиологического совершенства, с учетом, разумеется, возраста. Пусть утрутся те, кто считают восьмидесятипятилетнего мужчину полной развалиной. Вспомните хотя бы кавказских долгожителей, которые в сто женятся на молоденьких девчонках и воспроизводят с ними потомство. Да что там кавказцы, сколько престарелых знаменитостей, умудрившихся стать счастливыми папашками в весьма преклонном возрасте, не перечесть. Как это у них получилось, неважно, сам факт налицо.

Со временем найду источник энергии достаточной мощности, вот тогда можно будет обмозговать идею полного омоложения, заодно провести кое-какие корректировки внешности реципиента, ибо народ не поймет, а поймет, непременно найдутся те, кто начнет требовать, чтобы их также омолодили. А мне оно надо? Не даром церковник предупредил держаться от власть имущих как можно дальше.

Кувыркались в любовных игрищах часов до трех ночи. Обессилевшие дамы, разумеется, по домам не пошли, так и уснули со мной в постели, благо ширины ложа было вполне достаточно.

Проснулся с восходом солнца. Несмотря на приличный расход энергии, чувствовал себя великолепно. Девчонки лежали по разные стороны от меня. Лидия уткнулась вне в бок своей левой грудью, левую же ногу взгромоздила мне на грудь. Мария как зеркальное отражение придавила меня своей правой сисярой и правой ляхой прикрыла мое мужское достоинство, будто опасалась, что подруга и, в некотором роде, соперница воспользуется им вне установленной очередности.

Лежу, млею промеж такого богатства горячей женской плоти, размышляю на всякие философские темы. Две восхитительные гурии под боком, никакого Рая не надо. Кровать бы чуток пошире…

Ага, начинается, шалаш нас, видите ли, не устраивает. Сначала кровать узка, потом еда не изысканная, жемчуга мелкие, ну и так далее. Несть человеческим желаниям предела в этом и в других мирах.