После чего у меня случается обстоятельный разговор с Беем охранной фолы, который, конечно, отправился сам славно повоевать. Потому что засиделся в Сторожке и мечтает на ком-то размяться, простая такая разбойничья душа.

Но ко мне относится со всем уважением, какое только может показать по своим степным понятиям.

Я выслушиваю его рассказ, сколько арестантов у него осталось в строю, сколько заболело от суровых условий выживания, сколько жуликов и воров поранило себя во время работы случайно или преднамеренно.

— Ага, значит, шестерых самых ленивых и дерзких ты приказал наглядно казнить, трое померло так же и четверо все же убежали. Еще раненых и больных тридцать человек, но недавно пришло двадцать четыре бывших стражника, пока людей на строительстве хватает! Дорогу протянули уже на двести лиг! Значит, вот-вот подойдете к последнему участку?

— Мои люди завтра окажутся уже там. Знакомый тебе ученый инженер Тельсур тоже, так что начнут размечать новую дорогу, — объясняю я Бею порядок действий и заодно радую его сообщение, что небольшой отряд астрийцев вернется сюда через пару осьмиц.

— Крестьяне мне сказали, что они пошли последний раз за продовольствием, а до этого уже пять раз ходили. Поэтому подвалы на стоянке забиты хорошей едой. Но могут еще с Севера прийти дворяне, солидно большой отряд! — таким известием я очень радую Бея, что врагов еще много и на его долю останется.

Потом мы вместе с Беем, его толмачом, Торком и Кросом неспешно договариваемся, в каком порядке и кто станет выставлять сторожевые посты вдоль проложенной тропы в сторону Астрии.

— Дня бы на два пути выставлять часовых, чтобы сразу скакали с донесением, как только сильно груженый, и поэтому медленно идущий караван астрийцев появится снова, — объясняю я Бею.

Нам не имеет особого смысла держать своих воинов в засаде, потому что два-три дня уйдет только на то, чтобы горожане появились снова около стоянки.

А вот Бею за полное счастье разгромить караван своих заклятых врагов. Которые, как он сам признает, жестко почистили степняков во время осады столицы княжества своими внезапными и беспощадными нападений из тыла.

— Сколько их там? — спрашивает он меня.

А, узнав, что точно всего два десятка, машет рукой, мол, разберется сам и такое количество все равно слишком мало для его воинов.

Так что мы спокойно договариваемся обо всем, я говорю Торку, что можно двигаться обратно в город, как полностью погрузимся. Астрийских крестьян и злющих дворянских жеребцов с чистой душой оставляем степнякам на стоянке, забираем только простых лошадей дружинников