— Здорово, потеряша, — шёпотом поприветствовал я пушистого, позволив ему забраться мне под куртку подальше от чужих глаз. Блин, весь в снегу же… засранец. Даже не удосужился отряхнуться, а теперь мне холодно и мокро. — Да ты похудел, братец. Смотрю, диета не пошла тебе на пользу.

Енот высунулся из куртки, лизнул меня в нос, мол, прости, кожаный ублюдок, за снег, и нырнул обратно.

Не, ну енот отощал прямо-таки. Раньше он был конкретным шаром, а сейчас бедолага скинул половину веса, если не две трети.

— Держи, сранец-засранец, — забросил я в куртку кусок мяса из пайка, что нам выдали сегодня. — Не обольщайся, жрать придётся прямо конкретно скромно.

Я знал, что он придёт. Этот пушистый обитал всё это время за воротами храма, где питался тем, что мог раздобыть. А раздобыть он мог немного — только то, что я скидывал ему похомячить, да редкую живность типа случайных снежных крыс.

Снежные крысы — это вообще отдельный вид животных, что обитал в горах. Не простые, а именно снежные, с красными глазками, словно лабораторные. Я так и не понял, чем они питаются, так как кругом снега, но так или иначе изредка вокруг храма они попадались. Диета так себе для енота, которому ещё поймать надо было их.

Первая ночь была самой обычной и ничем не примечательной. Ровно такой же, как и у меня с Лунной Совой, когда мы брели по горам. Разве что в этот раз меня защищала куртка от ветра, и потому было не так холодно. Да и енот как начал разогреваться, так и вовсе тепло стало. Маленький пушистый обогреватель — это то, что было нужно холодной зимой.

Жалко, что его как перчатки нельзя использовать. Хотя нет, можно, но он этого вряд ли оценит.

Только вот ветер — он выл так, что хотелось лишний раз сыкануть в штаны. Иногда он звучал как крик женщины, иногда как мужик, которому крышкой капота прищемило яйца. Я бы лучше сраных сверчков послушал, если честно.

Утром нам вновь раздали пайки на весь день, после чего после быстрого перекуса караван снова тронулся в дорогу. Почти полдня мы двигались по этому ущелью и лишь к полднику начали подниматься. Медленно, уверенно карабкаться по склону.

Здесь мы и встретили первое препятствие.

— Ледяные тролли, — нахмурился я, глядя наверх. Тень, которую я сразу распознал, выглянула и тут же исчезла.

— Да, они часто охотятся на караваны, — он не выглядел удивлённым. Встал, вытащив меч, огляделся. — Нападают на конец ленты и отбивают последние сани.

— Какие-то они умные.

— Они достаточно умны, чтобы понять, что людей жрать не менее приятно, чем лошадей. Будь готов, если что.