Бон Джови закончился. И спустя мгновение в комнате зазвучали гитарные переборы. Денис чуть улыбнулся, но его улыбку полнила грусть.

— Ночь унесла тяжелые тучи!

Но дни горьким сумраком полны!

Странно, песня совершенно про другое. Но Денису почему-то показалось в этот момент, что это про него. Слова словно прямо в сердце кололи.

Я любил и ненавидел!

Но теперь душа пуста!

«Пуста? — он словно заговорил с давно умершим вокалистом. — А была она полна? Как будто там я прям отжигал. Да, не лизал, но и мир не сотрясал»…

Все исчезло, не оставив и следа!

И не знает боли, в груди осколок льда…

«Исчезло. И следов не найти почти. Но все же… Еще рано в Кая превращаться. Все еще только начинается».

Комм на руке парня завибрировал. Он вытащил голоэкран и улыбнулся, когда увидел изображение с камер, которые недавно поставил в коридоре.

* * * Шень Инь. Гуайджо анкуяби (подполковник госбезопасности) в отставке

Хоть Шень и надела ципао, причем довольно коротенькое, но зайти предпочла так же, как и накануне. То есть втихаря. Бесшумно проникнув через дверь, через пару шагов она обнаружила на стене у самого пола излучатель.

— Ага, — хмыкнула женщина. — И вправду, заминировал.

Излучатель был не один. Еще три стояли дальше, причем так, что уворачиваясь от одного, влетишь во второй. И надо обладать гибкостью кошки, чтобы не пересечь лучи. То есть Шень с этим успешно справилась. И с досадой цикнула. Большая сумка, которую она тащила с собой, все-таки не влезла в габарит.

— Ну, ты и параноик, — одобрительно пробормотала женщина, обнаружив, что следом пересекла еще один луч.

Еще из коридора Шень услышала музыку. Странную. Что-то очень старое… И довольно красивое. Как ее… Гитара. И что-то еще. А еще были слова! Не отдельные, я прям длинный такой текст! Причем целиком на русском!

«И не знает боли в груди осколок льда» — разобрала китаянка, подойдя ближе.

— Хм, поэтично, — едва слышно произнесла она.

В полу полутемного коридора был светлый прямоугольник. Шень подошла к открытой двери, заглянула внутрь.

— Доставка! — улыбнулась китаянка.

Ага, опять он что-то чинит. Стволы какие-то… Шень завлекающей походочкой вошла в помещение. Парень с улыбкой смотрел на нее. М-м, и не только с улыбкой! Наконец-то Шень увидела в этих голубых глазах пусть и не такой сильный, как хотелось, но тот самый интерес!

— Что это за песня была? — спросила китаянка, водружая сумку на один из контейнеров.

— Это называется рок, — ответил Денис. — Старая, очень старая песня. Ей тысячи две лет.

— Ого, — удивилась Шень. — Но красивая.

— Да, мне тоже нравится, — улыбнулся парень.