Но, увы, с местной учебной нагрузкой Вайсс было до боли мало в моей жизни, чтобы полностью компенсировать ментальные изнасилования и убиваемое преподами настроение.

А тут ещё и Кардин Винчестер, у которого тоже было хреновое настроение, начал показывать свою скотскую натуру. И ладно бы он зажимал одного Жона — тот пусть и несколько тюфяк, но так-то здоровый подкачанный парень за метр восемьдесят. За помощью он не обращался, и вряд ли потому, что не догадывался её попросить, а вот гордость у парня была, и лезть с непрошеной помощью и эту гордость топтать я не хотел, как и девчонки, что тоже не слепые и всё видели. Однако время шло, и Винчестер с подпевалами начал докапываться вообще до всех, кто не мог или не хотел сразу сломать ему лицо, явно выявляя себе«любимых жертв » и«терпил» , которым любящая мама мозги промыла на тему «не обращай внимания, терпи, им надоест, они отстанут» . Честно — самый говёный и вредный совет, который только можно дать! Никогда, нигде, никому не помогал, только психику калечил, выращивая в людях комплексы и психологические травмы, что потом всю жизнь аукаются. И пусть ко мне или девчатам этот урод не лез, но вот вокруг кого-то постоянно на прочность пробовал, что настроения не добавляло. И вот во время очередного обеда на другом конце зала разыгралась уже опостылевшая сцена, скажу больше — сцена была не только опостылевшей, как что-то концептуально повторяющееся, а натурально мне знакомой и оттого ещё более неприятной. Этот кусок говна прицепился к девушке, что обедала одна, без команды рядом. А если быть совсем точным, к девушке-фавну с ушками кролика.

— Это отвратительно, — нахмурилась Вайсс, глядя, как мудила тягает за кроличьи ушки свою новую жертву под гогот подпевал, отпуская комментарии вида«они настоящие? » и «вот уродина!» .

— Леди, прошу прощения, я на минуточку… — начал я было вставать, но был перехвачен Блейк.

— Оникс, ты же не собираешься делать ничего… нехорошего? — с напряжением спросила меня брюнетка.

— О нет, я сделаю хорошее! — пообещал я с улыбкой. И, мягко высвободившись из захвата кошкодевочки, направился к мудакам.

— Ха, животное! — Кардин увлечённо дёргал за ушко девочку-кролика, что уже на слёзы срывалась, прося прекратить.

Вот есть такие люди, по которым сразу видно — приличные, домашние… и с на подкорку мозга забитой прошивкой от«любящей мамы » на тему того самого «не обращай внимания, терпи» . Наверняка она могла врезать ублюдку, и даже то, что её вчетвером окружили, не было критичным, ведь она тоже будущий Охотник с уже открытой Аурой и боевыми навыками. Но прошивка… О, эта прошивка на принятие унижений, забивание ногами чувства собственного достоинства и прочую срань, что может сломать человеку жизнь напрочь, если он вовремя не сорвётся и не пошлёт её нахуй! При этом остальные студенты за столами рядом кто отводил взгляд, а кто и смотрел на это со злорадством. Лица последних я постарался запомнить.