— Ты чего расстроился так? Что ворона твоего нет?

— Соскучился просто. Захотелось вдруг чтобы он был здесь.

— Тц… Улетела твоя птица почти сразу же после того, как ты уехал, — сказал он. — Так по окну своим клювом тарабанил, что чуть его не разбил. Как не выпустить? Завтра прилетит, куда он денется?

— Не переживай, это я так… — махнул я рукой. — Настроение не очень…

Он закусил губу, а затем улыбнулся и хлопнул меня по плечу.

— Максим, зато остальные твои друзья мне телефоны оборвали! Думаю, им приятно будет, если ты им перезвонишь.

— Какие это?

— Нарышкин три раза звонил, Полина заезжала сегодня днем… Расстроилась, что тебя не застала, и оставила какой-то сверток, — ответил дед. — И Ибрагим внизу целый вечер со мной сидит, телевизор смотрит. Ждет пока ты проснешься. Я тебе его сейчас позову. А то он кроме криминальных новостей ничего смотреть не хочет, а меня от них уже тошнит. Кровь, убийства сплошные… Как это можно смотреть все время, понять не могу? Да еще и на ночь глядя.

О! Ибрагим, это очень кстати! Если мне память не изменяет, он мне про какую-то штуку хотел рассказать, которую он из подземелья карг вытащил.

— Позови пожалуйста, деда, — попросил я. — Давай я отправлю его на базу, а потом буду вставать. Что-то есть хочется… Жареной картошечки, например…

От одной мысли о жареной картошке у меня в животе забурчало так, как будто он был глубоко возмущен моим свинским отношением к нему. Еще бы, больше суток на голодном пайке! Кто угодно взвоет!

— Ого! — усмехнулся дед, услышав мои утробные звуки. — Сейчас сделаем тебе картошечки, не переживай. С поджаристой корочкой, как любишь.

Как только дед вышел из комнаты, я сел на кровати и укутался в одеяло. Что-то меня начало слегка морозить.

Турок пришел вместе с Кайсаровым. Точнее даже не так, сначала в мою комнату влетел Данил, а затем уже вошел Ибрагим, который привычно встал на своем любимом месте.

— Мой господин, я так рад, что с вами все в порядке! Я уж думал…

— Что ты думал? — оборвал я его. — Если сразу кони не двинул, что потом со мной случиться может?

— Ну не скажите, — сказал он. — Всякое бывает. Заклинания карг — дело такое… Говорят, что они нечто среднее между обычными заклинаниями и проклятьями…

— Возможно и так, — согласился я. — Но проклятье на себе я бы точно почувствовал, в этом можешь не сомневаться.

— Рад это слышать, мой господин, — сказал Ибрагим. — Надеюсь, что это так.

— Я тоже рад, что с тобой все в порядке, — радостно сообщил Кайсаров. — С каждым днем привыкаю к тебе все больше и больше.

— Слушай, ты… — недовольно прорычал Турок. — Я же тебе уже пару раз говорил, что мой господин для всех призраков в нашей команде — Максим Александрович. И обращаться к нему нужно на «вы», а не тыкать как обычному пацану из подворотни.