Софья купалась почти полчаса. Даже пела от радости. Я и на первом этаже слышал ее звонкий голосок. Большую часть песен я ни разу не слышал, но попадались и знакомые. «Во поле березка», например.

Она пришла на кухню распаренная, довольная и с гулей на голове, которую скрутила из полотенца. Я думаю, этот навык у всех девчонок в крови. Как они эту гулю крутят — черт его знает. Такое ощущение, что без нее никак обойтись нельзя. Ну вытерли волосы и хватит. Сами потом высохнут.

— Блаженство… Разве может быть что-то еще лучше в жизни? — сказала она, усаживаясь за стол и обводя взглядом приготовленные мной блюда. Точнее дважды разогретые. Пока девушка купалась, они успели остыть, поэтому пришлось включать духовой шкаф еще раз. — Слушай, я такая голодная, что кажется сейчас съем все!

— Ешь на здоровье, — усмехнулся я. — Там в холодильнике еще пирожные есть, будешь?

— Спрашиваешь! Конечно буду! — ответила она, затем взяла в руку ломоть пиццы, откусила немного и начала медленно жевать с закрытыми глазами. — М-м-м… Как же это здорово, нормальная человеческая еда… Если бы ты знал, как я по ней соскучилась…

— Могу себе представить. Ты давай, кушай не стесняйся, — я обвел рукой стол. — Бери что нравится.

— Максим, с чего бы мне тебя стесняться? — спросила она и подмигнула. — Я знаю о тебе почти все и к тому же жила с тобой в комнате почти два года. Поверь, за это время я успела к тебе привыкнуть.

Охотно верю… Вот только я еще долго не смогу привыкнуть к той же самой мысли. Это же надо! Со мной в комнате почти два года жила девушка! Причем взрослая девушка!

— Ты чего покраснел весь как рак? — спросила она, расправившись с первым куском пиццы и взяв в руки второй.

— Ничего, — соврал я. — Просто я иногда краснею. У меня такое свойство от природы.

— Ага, как же. Нашел кому врать. Нет у тебя такого свойства от природы, — она откусила пиццу, пожевала немного, затем запила это все колой и прищурилась. — Знаю я, почему ты красный. Стесняешься девчонки, вот почему. Я бы на твоем месте тоже, может быть, стеснялась. Хотя вряд ли…

— Это еще почему?

— Потому, что ты меня тоже разной видел. Даже со сломанной рукой, — напомнила она про момент нашего знакомства.

— Сломанным крылом, ты хотела сказать.

— Рука, крыло… Какая разница… Даже видел, как я в туалет хожу.

От этих слов я даже есть перестал. Так и замер с шаурмой в руках. Надо же… У меня и мысли такой не было… А ведь и правда, ей тоже есть чего стесняться, однако она ведет себя совершенно свободно…

Как только я подумал об этом, сразу стало легче. Я вдруг расслабился и понял, что мы и правда знаем друг про друга много всего. Причем очень личных моментов. Поэтому стесняться при этом просто глупо. Надо принять этот факт и смириться с ним.