Все свое богатство Прибытков нажил благодаря монетам. Медным, серебряным, золотым, платиновым… Он их покупал, менял, перепродавал, закладывал — все что угодно, если это приносило доход.

Единственная причина, по которой он не стал самым известным коллекционером монет, заключалась в одном — таких любителей как он в Российской Империи было очень много. Поэтому занять место хотя бы в первой десятке было довольно непросто. Однако он к этому стремился и уж в сотню самых знаменитых коллекционеров входил абсолютно точно.

Пути-дорожки, которые привели Григория Адриановича к успеху, были разными. Особой честностью и чистоплотностью он в своих делах не отличался. Впрочем, это его мало беспокоило. Гораздо больше при этом он заботился о том, что даже если дело было мутным, то обтяпать его следовало так, чтобы о тебе не пустили грязных слухов. Иначе станет сложно работать.

До сих пор ему это удавалось. Хотя он не считался кристально честным человеком, но кто из нас без темных пятен? Тем более, это были даже не пятна, а так… еле заметные пятнышки… Никто и никогда за руку его не ловил, а слухи — это такое дело. Люди вообще много про всех говорят и половина из этого вранье.

Тем более, что, к чести барона, можно сказать, что большая часть его сделок все-таки были честными. В мутной воде он любил половить рыбку лишь тогда, когда был уверен, что риск как-то пострадать от этого самый минимальный.

Вот как на этот раз, например, когда на его горизонте вдруг появился этот молодой граф Собакин со своими золотыми монетами. Подборка их оказалась настолько занимательной, что Прибытков оперативно навел справки об этом молодом человеке. Полученная информация натолкнула его на мысль, что ему подвернулся очень удачный случай, который нельзя было упускать.

Род Собакиных считался далеко не богатым, без каких-то особо опасных связей, а сам Константин был вынужден крутиться как юла, чтобы оплачивать свою учебу и содержать небольшое поместье в Подмосковье.

Единственный приметный дворянский род, который поддерживал отношения с Собакиными, были Нарышкины. Однако Григорий Адрианович был уверен, что делали они это скорее из жалости. Что могло объединять такие разные по статусу рода? Разве что далекая дружба их предков…

Сам же Костя обладал множеством разных связей, но они вообще не беспокоили барона. При таком роде деятельности, которым занимался граф, это было вполне нормально. У каждого торгаша знакомых целый воз. Что далеко ходить, если у самого Прибыткова имелось несколько записных книжек, которые были сплошь заполнены различными фамилиями.