— Смотрю по сторонам и чувствую себя вором, который присматривает домик побогаче, чтобы его ограбить. У тебя нет такого чувства?

— Очень смешно, конечно, нечего сказать, — пробормотал он. — Даже не думал, что у меня когда-нибудь такое чувство возникнет. Это же надо… Князь Нарышкин Алексей Николаевич бродит по Белозерску и хочет вломиться в чужой дом…

— Ладно, перестань, — махнул я рукой и повернулся к Докукину. — Давай, Иван, рассказывай. У нас все по плану, твой брат уехал?

— Да, пока все идет хорошо. Этот сукин сын Андрей уехал еще в полдень, сторож пьян в стельку, — радостно тараторил Ваня. — Самое время начинать.

— Смущает меня вот это самое — «пока»… — сказал Дориан. — Вот с этого все обычно и начинается.

— Отвали, Мор, что за привычка под руку каркать как ворон?

— Вот родовой дом Докукиных, — сказал призрак и замер напротив ворот, за которыми стоял самый обычный небольшой двухэтажный дом.

— Когда ты про него рассказывал, я думал, что это будет нечто более внушительное, — сказал Нарышкин.

Ну да, я вообще не большой любитель огромных домов, но тут даже я был с Лешкой согласен. По разговорам я ожидал увидеть какую-нибудь громадину в три этажа, как минимум. Если из-за вот этого брат Ваньки перерезал ему горло, то он и в самом деле законченный мерзавец.

— Выходит твой братец редкая сука, вот что я тебе скажу, — хмыкнул князь. Похоже наши с ним мысли шли в одном и том же направлении. — Я бы постыдился резать тебе горло из-за такого маленького наследства.

— Вообще-то, раньше у нас было поместье в Казанском княжестве, — начал зачем-то оправдываться Докукин. — Затем мы переехали под Вологду, а потом уже… Так что…

— Слушай, Вань, давай ближе к делу. Нам ведь все равно. Это ваши семейные проблемы, — честно сказал я ему. — Как по мне, так даже лучше, что у вас денег нет.

— Это почему? — с вызовом спросил он.

— Потому, что у вас даже фонарь уличный напротив дома не горит, — сказал я и показал ему на столб. — А для нашего сегодняшнего дела это просто отлично — не видно ничего. Только ты не злись, Ванька. Нельзя злиться, когда тебе от чистого сердца говорят, что думают. Я правду сказал, между прочим.

Это вообще был такой райончик Белозерска, где не слишком людно, потому что в основном такие же дома стояли как у Докукина. Вроде бы не самый бедный народ, но с жиру не бесились. Некоторые вот вообще… Даже замену лампочки перед домом оплатить не могли оказывается…

— Ладно уж, — вздохнул расстроенный моими словами Иван. — Пойдемте за мной. Там в конце забора две доски шатаются.

На этот раз я ничего говорить не стал — чего добивать парня? Видно же, что переживает.