— Почему забыть? — спросил я. — Если с ним есть какие-то проблемы, значит их можно решить, так ведь?

— Не в этом случае, — покачал головой князь и поправил меховой воротник на своем пальто. — Вот послушай, что я тебе скажу на этот счет. Лешка уже получил от меня порцию отеческих комментариев, теперь твоя очередь. Ты не против?

— Конечно нет, — ответил я. — Вы же для этого приехали, верно?

— Отлично, — кивнул Николай Федорович. — Тогда я, для начала, спрошу вот что… Мне показалось, или вы с Алексеем решили поиграть в создателей?

— В каком смысле? — не понял я сути вопроса.

— В том, как оба относитесь к этому грандиозному плану, — с улыбкой ответил он. — Вы говорите о привлечении к этому делу мертвецов, как будто просто собираетесь нанять пару сотен рабочих. Так не работает, молодые люди. Точнее сказать, работает… Но это неправильно. Ради экономической эффективности вы предлагаете перевернуть с ног на голову естественный ход вещей. В каком-то смысле нарушить вечный покой тех, кто будет работать на стройке. Понимаешь?

— Угу, — кивнул я. — Но разве магия не должна служить людям? Мы же им не навсегда планируем покой нарушить, потом все вернем на место.

— Ваше сиятельство, а парень хорош! — хохотнул позади меня Жемчужников. — Честно говоря, я бы не додумался с этой стороны посмотреть на этот вопрос.

— Согласен. Он может удивить, это точно, — усмехнулся князь и посмотрел на меня. — Да, Максим, ты правильно говоришь, в этом смысле магия может принести пользу и выгоду. Однако есть нюанс — мертвецы по-прежнему являются людьми, только умершими. После своей смерти они не становятся инструментами, типа молотка или грабель.

— Хм… Я тоже не думал над этим, с такой точки зрения, — сказал я, так как теперь уже мне было над чем подумать.

— И это вполне нормально. Было бы удивительно, если бы ты подумал об этом и все равно оставил эту идею для себя приемлемой, — ответил Николай Федорович. — Пока это слишком сложная материя для твоего понимания. Даже с учетом твоих способностей. В школе об этом слишком поверхностно рассказывают, так что более-менее ясными эти вещи станут для тебя после университета. Я уверен, что ты в него поступишь.

— Может быть, вы попробуете объяснить, — предложил я. — Вдруг я все-таки что-то пойму.

— Само собой, — кивнул он. — Кое-что непременно объясню. Видишь ли, Максим… Даже мертвые в некотором смысле имеют память.

— Мне об этом известно, я ведь могу с ними общаться, — сказал я. — Правда они ее со временем теряют.

— То, что больше они не способны к общению с тобой, еще не значит, что они не способны помнить, — Николай Федорович остановился ненадолго, разбил тростью кусок льда, который был у него на пути, и продолжил. — Ты уж мне поверь на слово. Все-таки мы с тобой обладатели одного Дара. Есть вещи, которые остаются с мертвыми навсегда и работают на уровне, не доступном нашему пониманию.