Едва я сделал несколько шагов в сторону насекомого, как оно начало распадаться на бесчисленное количество сине-голубых искр. Они медленно поднимались вверх, сплетаясь друг с другом в тонкие ручейки, а затем в одну могучую реку, которая мощным потоком обрушилась на меня.

То ли я так сильно ослаб после наших приключений, то ли энергии было на этот раз слишком много, но удар был такой силы, что я не выдержал и упал на колени. Я решил, что лучше будет переждать.

— Макс, что случилось? — услышал я встревоженный Лешкин голос и поднял руку вверх.

— Все нормально… Дай мне минутку…

Мне понадобилось чуть больше. Я стоял на коленях не меньше пяти минут, прежде чем почувствовал, что все пришло в норму и я снова могу идти без опаски. Даже больше того, сил у меня заметно прибавилось, а настроение улучшилось.

— Согласен с тобой, мой мальчик, чистая энергия — это просто прекрасно. Да еще в таком количестве! — восторженно сообщил мне о своих ощущениях Дориан. — Все остальное по сравнению с этим — просто ерунда. Знаешь, в такие моменты я начинаю думать, что лучше бы тебе переквалифицироваться на искателя Искажений. Гораздо интереснее, чем какие-то там магические сферы.

— Такое ощущение, что Искажения только и делают, что прячутся в тайных местах и ждут, пока их кто-то отыщет, — сказал я, осматривая место смерти богомола на предмет магического кристалла. Я был абсолютно уверен, что он оставил после себя что-то интересное.

Так и есть! Отличный черный кристалл! Теперь понятно, почему я его не сразу заметил. Попробуй его отыщи на земле, которая была вся черной после смерти пятиглазой твари. Как на пепелище… Хотя, где-то так оно и есть. Фу… Ну и вонища от нее… Нет, нужно уходить отсюда поскорее, хватит с меня.

Когда я подошел к Нарышкину с Горчаковой, Лешка выглядел совсем плохо. Его длинные черные волосы слиплись от пота, придавая ему совсем уж уставший вид. Видимо так оно и было на самом деле. Я даже представить не могу, как сильно он, наверное, устал после всего этого.

— Макс, только не смотри на меня так… — мрачно усмехнулся он и уселся на землю.

— Как?

— Как будто думаешь, что я сейчас умру, — ответил он и посмотрел на Горчакову. — Нам повезло, что она сознание потеряла. Мне кажется, еще немного, и ее болезнь дала бы о себе знать окончательно.

— Ясное дело, — ответил я. — Как пить дать, ее доппель выбрался бы наружу. Она и так в него почти превратилась. Страшно смотреть. Как думаешь, если бы он вылез…

— Даже думать об этом не хочу, — прервал меня на полуслове княжич. — Меня сейчас больше другое беспокоит, как тащить ее будем? Меня надолго не хватит.