— Ты уверен, что вам с Нарышкиным нечего добавить к вашей истории? — подтвердил мою догадку Орлов.

— Абсолютно, — кивнул я. — Просто интересно — как она там. Ну и вообще… Хочу спросить, что она чувствует в такие моменты. А то у нас на занятиях никогда времени на разговоры не хватает.

— Интересно значит… — усмехнулся директор. — Ну-ну… Спроси, раз так. Телефона ее я тебе не дам, а вот адрес скину позже сообщением.

— Спасибо, Иван Федорович, — поблагодарил я его.

Мы еще немного поговорили, допили чай, а затем нас с Лешкой отпустили на обед, до которого оставалось всего полчаса. Кстати, от уроков на сегодня нас все-таки освободили, что было приятной новостью. Это, конечно, не три дня каникул, но все равно неплохо.

— Проведать Горчакову и спросить, что она чувствует в моменты приступов? Серьезно? — спросил у меня Нарышкин, как только мы вышли из приемной. — Что за странное желание?

— Да нет, конечно, — честно ответил я. — Просто хочу с ней поговорить. В школе не то совсем. Может быть, чем-то смогу ей помочь.

— Ну если так… — пожал плечами княжич. — Попробуй. Привет ей от меня передавай, если поедешь. Пусть не обижается на меня за то, что я на нее злился. Хотя… Это не отменяет моих слов о том, что она дура и зря поперлась в Искажение.

— Само собой, — усмехнулся я.

До конца урока была еще куча времени, и мы с Лешкой решили, что это отличная возможность прийти на обед пораньше и не толкаться в очередях. Упускать такие моменты просто преступление.

Приободрившись мыслью, что скоро сможем наконец-то хорошенько подкрепиться, а не лопать кашу и куриный суп, которыми нас кормили последние пару дней, мы стремительно ворвались в столовку. Очень вовремя, как оказалось.

За линией раздачи царил полнейший бардак. Повара бегали по кухне с ведрами, кастрюлями и пытались ими что-то поймать на полу. Судя по радостным воплям, которые оттуда доносились, время от времени чьи-то попытки были успешными.

Увидев нас, одна из поварих помахала нам рукой и громко крикнула:

— Нарышкин, Темников, что стали как болваны! Берите кастрюли и ловите его, пока не он по всей школе не разбежался!

Как оказалось, во всем был виноват молочный кисель. Мерзкая гадость, которую нам время от времени готовили. Однажды я попробовал эту штуку и с тех пор лишь один вид киселя приводит меня в ужас.

Судя по всему, кому-то из учеников «Китежа» молочный кисель не нравился даже больше, чем мне, поэтому он решил бороться с ним радикальными методами. Каким-то образом наложил на кисель заклятие, после которого тот смог выбраться из большущей кастрюли, в которой его готовили. Более того, затем эта наглая кисельная морда разбилась на мелкие порции, которые теперь как жирные амебы катались на кухне по полу.