Васька пожала плечами.

— Ну, в каком кино, например, были такие родители или другие родственники, которых хотелось тебе самой?

— Приезд деда. — Невольно улыбнулась Васька. — В детстве я его по три раза в день смотрела. Вначале они все ссорились, а потом приехал вредный дед. Стал всех доставать, пришлось объединяться, чтобы вывести его на чистую воду. Так они поняли, что на самом деле ужасно друг друга любят и станут спасать друг друга даже ценой собственной жизни.

Данила кивнул.

— Я знаю этот фильм. Я вырос в точно такой же семье. У меня есть и дед, и бабушка. Они меня обожали… И сейчас обожают. И нашу дочь будут обожать. И, сама подумай, может такой дед обидеть тебя? Нет, никогда! И я не смогу. Я тебя люблю.

Васька почти прониклась его речью, почти доверилась… если бы не последняя фраза. Она тут же заставила насторожиться и закрыться обратно. Васька невольно задрала подбородок и сложила руки на груди. Данила сразу понял, что разговор не удался. Вздохнул. Но больше не пытался заговорить зубы.

Она отодвигалась так демонстративно, что чуть со стула не свалилась.

— Так что насчёт помощи? Я могу что-нибудь сделать? — Васька кивнула на экраны.

— Знаешь, что? Пока я сам справляюсь. Так что отдыхай, гуляй. Если понадобится — я скажу.

Он отвернулся. Просто взял и отвернулся! И стал себя так вести, будто рядом никого нет.

Вот так, значит? Почему-то стало очень обидно. Будто конфеткой поманили, а в руки не дали, съели прямо на твоих глазах.

— Шифруешься? — Спросила Васька.

— Ну что ты. И в мыслях не было.

Она пренебрежительно фыркнула. Сам привёл её сюда, сам рассказывал, что проверяет звуки и не откажется от помощи — и вдруг — ой, ничего не нужно.

— Тогда в чём дело?

— Мы не сможем вместе работать. — Неожиданно ответил Данила. Его губы недовольно поджались. — Нельзя работать с человеком, который тебе не доверяет. Тогда нет команды, нет общей цели.

— Можно работать. Когда цель общая. А цель у нас общая — улететь отсюда. Убраться прочь. Или я снова чего-то не знаю?

— Ты о чём?

— Может, ты мне не всю правду рассказал? Мало ли сколько у тебя камней за пазухой. Так что нечего на меня сваливать, что я тебе не верю. Ты меня обманул! И бросил. Одну! Знал же, что отец подумает, будто мы были в сговоре. Говори — знал?

Данила молчал, тяжело опустив голову.

— Вот видишь. — Прошептала Васька. Голос сорвался.

— Я не мог бросить людей! — Он сердито вскинулся.

— А меня мог.

Это был не вопрос.

— Ты просто не знаешь всего.

— Конечно. Откуда мне знать?

— Василиса, прошу, просто поверь мне.

— Просто?

— Поверь мне, я никогда больше тебя не обману.