— И каким образом я мог это сделать? — спокойно спросил я. — Мне даже неизвестно, что это было за заклинание! Да и вообще, разве возможно извне повлиять на структуру чужой руны?

— Не знаю! — огрызнулся Борис. — А что, если ты меня проклял⁈

— Как? Я же не маг тьмы, — хмыкнул я.

— Не знаю! Подговорил кого-нибудь. Того же Маслова!

Шепотки вокруг резко усилились. Мне даже стало немного жаль Грачёва, похоже, что за словами он следить совсем не привык.

— Борис, я попрошу вас не делать столь громких заявлений, не имея при себе доказательств, — строго сказал Мазай. — Если подобное повторится, я буду вынужден донести эту информацию до директора.

— А вот я возьму и проверю! — направился к выходу с арены Грачёв. — Не может быть, чтобы я ошибся, я точно помню, что руна была создана верно.

Останавливать его Мазай не стал, и занятие продолжилось уже без Бориса. А я попросил Жутю скрыть любые следы своего влияния, если таковые, конечно, ещё остались. Так что вряд ли Грачёв сможет что-то найти.

* * *

Парк в академии, этим же вечером.

— Ну что, проверился на проклятья? — с ухмылкой спросил Анатолий присевшего рядом Бориса. На правах старшего он с ним не церемонился.

Остальные подпевалы из компании Грачёва расположились рядом, тоже ожидая ответа. Всем было интересно, правда ли все их проблемы за последний месяц были связаны с Чернышовым.

— Не спрашивай, — выдохнул Борис. — Проверился, конечно! Даже ритуал провёл, три часа провозился, чтоб всё организовать, и ничего! Нет на мне проклятья. А значит, и на вас тоже, выдыхаете.

— Тогда что это такое было во время спарринга? — усмехнулся Анатолий. — Сам накосячил?

— Не знаю! — огрызнулся Грачёв. — Уверен, что нет. Но ничего уже не доказать, раз это не проклятье, тогда я не знаю, в чём причина. Но так это оставлять я не собираюсь!

— Ещё бы, дело ведь нужно доводить до конца, — кивнул старшекурсник. — И какой у нас план? Надо бы заканчивать с этими детскими играми.

— Согласен, нужно действовать наверняка, — ухмыльнулся Борис, пройдясь по всем взглядом. — Думаю, лучше всего организовать подставу на Чернышова. Я сделаю так, чтобы его выперли из академии!

* * *

Комната в общежитии, на следующий день .

За прошедшие пару дней я успел как следует всё обдумать. Молчать о том, что я услышал, точно не стоило, как и действовать самому. Самым действенным вариантом было честно передать информацию о возможном заговоре. А дальше пускай с этим имперская безопасность разбирается!

Так что сразу после занятий я решил написать Распутиной. Повезло, что мы уже успели обменяться номерами. Иначе пришлось бы вылавливать её через Короедова.