Глава 1
— … в тот же момент я почувствовала, как земля ушла из-под ног, всё вокруг мгновенно заволокло туманом, хотя день был солнечный. Я перепугалась, пыталась найти отца, но никого не видела в этом мареве, в одиночестве падая в неизвестность. Впрочем, падение закончилось для меня довольно скоро, поскольку от нахлынувшего ужаса я лишилась чувств. Обнаружила себя посреди хвойного леса. Я лежала на мху, а совсем неподалеку от меня, свернувшись, грелась небольшая змея. А когда я перевернулась на другой бок, то увидела еще одну. Уже сильно позже я узнала, что это были гадюки, и их укус может оказаться смертельным для человека…
Италана-Наталья была отменной рассказчицей. Она вела повествование без особых эмоций, даже, я бы сказал, отстраненно, но от этого пробирало еще сильнее.
Терентьев внимательно слушал женщину, однако его сотрудники менталисты то и дело о чем-то докладывались ему в микрофон. Это отчего-то меня отвлекало и даже подбешивало, поэтому я сделал небольшое усилие, дотянулся до комнаты и прислушался к их сообщениям.
— … да нет же, вообще без вариантов, как и в случае с тем мужчиной. Мы не можем даже сказать, правду она говорит, или нет. И у её отца то же самое. Вообще глухо. Мирзоян пытается через образы расшифровку делать, но словно в стенку упираемся…
Ага, идет попытка взлома Иных. С учетом того, сколько времени у меня в свое время заняло сопоставить образы для каждой фонемы, телохранители-менталисты стараются зря. Кстати, а вот ведь вопрос вопросов: во время доклада дед успел поведать Георгию Аскольдовичу о том, что я умею читать мысли Иных, или же умолчал об этом?
Я тут же озадачил Егора. Через минуту малыш вернулся с ответом.
«Ванёк говорит, что твой дедушка приписал себе все твои заслуги. Дескать, это он смог подобрать нужный шифр к Иным. А что до допроса Шокальского, он его вообще не упоминал. Но если вдруг спросят, он скажет, что пытался выяснить, сможешь ли ты что-то разобрать, у тебя не вышло, после чего он передумал брать тебя к себе на службу».
Хм, грамотный ход, чтобы вывести меня из-под удара. Однако же я всё равно сижу здесь, а значит, всех предпринятых мер предосторожности оказалось недостаточно.
Ладно, хватит гонять из пустого в порожнее, продолжаем расшифровку мыслеобразов Терентьева, которые я столь удачно увидел, когда демонстрировал ему, на что я способен как менталист.
Нет, там ничего сложного не было, но именно в этом-то парадоксальным образом и заключалась главная сложность. Георгий изо дня в день занимался примерно одним и тем же кругом задач, по возможности спихивая всю рутину на подчиненных и не забывая потом их жестко дрючить в случае любых просчетов. Характерный такой чинуша, пристроившийся на хлебную должность. Эх, вот не догадался я в свое время, еще когда только услышал о том, что Игорь Семенович и Давыдов решили сделать ставку на его покровительство, спросить, как они вообще на него вышли. Кто-то же ведь наверняка подсказал им эту кандидатуру. Не могли ведь они бегать наугад, приставая буквально ко всем служащим, так или иначе приближенным к Императору, с просьбой оказать им протекцию в расследовании и оградить от мести лиц, смещенных со своих постов в связи с тем, что проморгали заговор.