— Хорошо, твоя, — начал говорить я, но не успел:

— Хватит! Хватит трепаться! — Настя дернула стволом и я сразу же захлопнул рот. — Как я от вас устала! От вас обоих! Корчите оба из себя не пойми кого. А из-за вас люди гибнут.

Мы с Вадимом переглянулись. Я по-прежнему считал, что Настя не представляет угрозы для меня, поэтому просто слушал. Выговорится, успокоится, тогда можно будет перейти к следующему этапу допроса хозяина дома. В отличие от меня, он выглядел серьезно обеспокоенным.

— Девочка моя… — начал Вадим.

— Не называй меня так! — взвыла Настя. — Почему ты убил этого парня? — она указала стволом на татуированного. — Он как раз собирался что-то сказать, а ты не дал ему сделать этого. Что за приказы ему давал? Я думала, что они наши конкуренты!

После ее слов в комнате стало оглушительно тихо. Казалось, что здесь только что рвались снаряды и звенели стекла, а теперь все стихло, как после реального боя. Я сидел в кресле, которое стало неожиданно уютным, и старался не шевелиться. Вадим размышлял над ответом.

— Если позволишь, — он перегнулся через стол и поднял графин, уже пустой, но без единой трещины. Потом, уже чуть задержавшись, поднял и скатившийся стакан. — Ты правда хочешь услышать ответы? И ради этого подняла на меня оружие?

— Да на меня за эти дни свалилось столько лжи, что я уже не знаю, кому верить! — я ожидал, что девушка скатится в истерику, но, к моему удивлению, держалась. — Ты! — она чувствительно ткнула меня пистолетом в плечо и я повернулся к ней, оторвавшись от слежения за Вадимом. — Ты ничего нового мне сказать не хочешь?

— Интересует, изменю ли я свои показания под прицелом? — съязвил я и, не дождавшись ответа, добавил: — Нет, не изменю. Я сказал тебе правду.

Не отводя глаз, я смотрел поверх пистолета в глаза девушке. Мне действительно было нечего скрывать. Нашу козырную фразу про «команду» я упоминать не стал. Лишнее в данной ситуации, тем более при Вадиме.

— Хорошо, — выдохнула Настя и перевела прицел на хозяина дома. — Теперь ты. Мы знаем друг друга очень давно и до этого дня я не замечала никакого особого криминала в наших делах.

Я едва сдержался, чтобы не хмыкнуть. Парень ворочает огромными деньгами, сидит в лучшем случае в даркнете и различных шпионских сетях, дает взятки начальнику полиции и наверняка кому-то еще. И это называется «никакого особого криминала». Похоже, девушка действительно воспринимала все это, как одно большое приключение ровно до тех пор, пока на ее глазах не начали убивать людей.

— А что для тебя криминал? — спросил Вадим. Похоже, он думал о том же самом, что и я. — Убийства? Все, чем мы с тобой занимались раньше, было противозаконно… — он попытался встать со стола.