Аль’Шаур взглянул на Брентона, поудобнее перехватившего секиру и устроившегося за соседним деревом. И натянул тетиву. Брентон беззвучно выругался и прислонил секиру к дереву, приготовив ненавистный ему арбалет. Гном был почти единственным в отряде, кто не любил и принципиально почти не пользовался стрелами и болтами. Доверял только холодному железу секиры. Но на этот раз Аль’Шаур не оставил ему выбора. Осторожно наложив болт на ложе, Брентон проверил, насколько быстро он сможет закрепить оружие обратно на поясе. Одновременно он подумал о том, что, может быть, и не стоит его закреплять. А стоит случайно обронить оружие посреди боя, чтобы больше никто к нему не привязывался. Но арбалет был сработан в долине мастеров, и отдавать подобное оружие врагам было по меньшей мере жалко.

Аль’Шаур стоял, прижавшись спиной к толстому стволу пихты, полностью скрывающей его от приближающихся врагов. Тетива его лука была натянута, но сам лук опущен, и острие стрелы смотрело в сторону, противоположную хутам. Немногие могли бы удерживать длинный лук во взведенном состоянии так долго. Многорукий немного повернул голову и кивнул Брентону.

Они выскочили из-за деревьев одновременно, в тот момент, когда ближайшие хуты были не больше чем в десятке шагов. Стрела и болт, выпущенные почти не глядя, тем не менее достигли цели. Им не повезло только в одном — оба выбрали одного и того же хута в качестве мишени. Стрела пробила ему горло, а тяжелый арбалетный болт вошел в грудь неудачливого воина, пробив кожаный доспех и отбросив его назад, на идущих за ним.

Брентон спокойно смотрел в глаза остановившихся хутов, на ощупь закрепляя арбалет на поясе. В тот момент, когда первый из них двинулся вперед, Гном закончил с арбалетом и протянул руку за дерево, все так же, на ощупь, схватив свое более привычное оружие.

Сбоку, совершенно неожиданно для девяти ошарашенных врагов, из-за дерева метнулась еще одна тень, с ходу врезаясь в группу и двумя короткими ударами выводя из игры ближайших. Лашан появился как никогда вовремя.

С небольшим запозданием сверху, с дерева, свалился Гедон. Извернувшись в воздухе, он выставил вперед шест, и именно его лезвия первыми врезались в плечи двух хутов.

Аль’Шаур ступил навстречу врагам, блеснув двумя полосками смертоносной стали.

— Ну уж нет. На этот раз вам не удастся лишить мою секиру законной добычи, — пробормотал Брентон и бросился вперед, на этот раз не пытаясь выкрикнуть свое приветствие врагам.

Через минуту между деревьями остались только десять трупов. И гаснущие факелы, затоптанные в короткой схватке.