То, что было неподвластно зрению и памяти обычного человека, Виктору было доступно. Но даже для него это было очень тяжело. В этом и проявлялось мастерство мага, не его данная от природы сила, но то, что он сумел заработать сам, долгими годами тренировок.

Наконец Виктор прикрыл глаза, но через секунду открыл их вновь, как будто сверяя движущуюся в его голове картину с тем, что реально происходило на поляне.

Удовлетворенно кивнув, он вытянул вперед руку.

Слишком самоуверенный хут, решивший самостоятельно вернуться на поляну, а заодно еще раз пройтись по тому месту, где чуть раньше ему послышался шорох, заметил фигуру мага за мгновение до своей смерти. Своего убийцу он даже не увидел.

Ким подскочил к неожиданному гостю сбоку, вонзив кинжал между ребер и мгновенно выдернув его обратно, лишая врага возможности поднять тревогу. Хут перестал дышать от боли, поэтому не издал ни звука, когда пляшущий вокруг него вор полоснул вторым кинжалом по его горлу и нанес последний удар в сердце. По всем правилам, которые ему пришлось довести до уровня инстинктов.

Боковым зрением заметив подходящего поближе Фантома, он сделал движение кинжалом, будто соскребая грязь со стола, и исчез за деревьями. Даниэль запоздало кивнул. Оглядевшись и выбрав место поукромнее, он принялся оттаскивать туда труп — так, чтобы его нашли не сразу.

Виктор слегка неуверенно пробормотал слова. Этим словам его никто не учил, для подобной магии он долгими вечерами выдумывал свои собственные. И хотя знал, что слова абсолютно не важны для мага, важно только, какие силы выбрасываются в тот момент, когда они произносятся, он немного колебался.

На поляне, где только что находились две сотни воинов, неожиданно, из ниоткуда, появились силуэты еще полусотни. Высоких, мощных воинов в темной броне, вооруженных темными, дымчатыми клинками. Рядом с хутами, позади них, между ними. Каждый из этих воинов замахивался для удара, готовясь сразить врага.

Все живое в лагере замерло. Затем, через мгновение, свистнуло несколько стрел, и в рядах хутов начался хаос. Воины отмахивались от привидений, задевая друг друга. Стрелы выпускались практически вслепую, не принося никакого вреда таинственным врагам, зато то и дело заставляя падать то одного, то другого хута с пробитой грудью.

С небольшим запозданием на поляне поднялся крик. Казалось, кричали все, в ужасе мечась между сумрачными воинами. Кто-то пытался убежать в лес, другие продолжали сражаться с фантомами, равнодушно пропускающими сквозь себя любые удары. Только движения воинства теней стали резче и рваней. Их мечи мелькали в воздухе еще быстрее, чем клинки хутов.