Девушка вскинула руки:

— Амиго, ладно, я поняла. Извини, не знала, что у тебя всё так сложно. Порно, я тогда попробую по-другому уйти. Тут как, по суше можно ногами добраться?

— Какое по суше! — вскинулся Порнозаец. — Да тебя Резак прирежет, как только увидит!

— Да я с ним, вроде, не на ножах.

— Так он мне назло прирежет. Грешник, нельзя её отпускать. Никак нельзя. Летите без меня, я тут как-нибудь сам разберусь.

В люк кто-то ударил, после чего приглушённо донеслось:

— Крикни Резаку, что они через крышу свалить пытаются!

— Бро! Быстрее пристрели меня! — взмолился Порнозаец. — Алтарь работает, я оживу, всё нормально будет. Нельзя мне здесь оставаться!

— Никто никого не застрелит. Раз уж такие дела, надевай парашют и цепляй к себе Чикиту. Я помогу.

— А ты?!

— За меня не переживай, я и без парашюта не разобьюсь.

— Бро, это как ты такое сделаешь?

— Есть хороший навык.

— Снова навык? Он реально спасает? Ты точно в этом уверен?

— На все двести. Давай-давай, шевелись, дверь их надолго не задержит.

— Нет, не надо на меня. Надо на Чикиту его надевать.

— Это почему? — не понял Грешник.

— Бро, у неё не ситуация, а сплошная хрень. Типа особого задания. Подставили кукловоды по полной. Пока она на берегу не окажется, умирать никак нельзя. Иначе всё, прощайте любимые, конец игры. Я так понимаю, больше шансов у того, на кого парашют нацепят. У меня алтарь не заблокирован, так что надеваем на Чикиту.

— Как скажешь, — пожал плечами Грешник.

— Давай родная, поворачивайся. Это как так получилось, что я что-то на тебя надеваю? У нас ведь все разговоры были о том, что наоборот, тебя раздевать надо. Срочно надо.

— Ну ладно, я теперь, типа, тебе должна. Так что как только доберёмся до чёртова берега, так сразу и раздевать начнёшь. В том смысле, что поможешь мне его снять, а не то, что ты сейчас подумал. Кстати, Грешник: он что, всё время такой забавный и озабоченный?

— Угу. Двадцать пять часов в сутки хрень несёт, если хотя бы одна юбка в пределах прямой видимости маячит.

— Не верь ему! — воскликнул Порнозаец. — Из зависти наговаривает! И вообще, все, что в прошлом, осталось в прошлом. Родная, теперь я только твой! И мыслями и телом твой!

Грешник протянул приятелю конец верёвки:

— Обвязывай и себя и её. Да побыстрее. Только всю не наматывайте.

— А зачем это?

— Затем, что будете лететь за мной на привязи, метрах в пятнадцати. Когда навык закончится, я перережу верёвку со своей стороны и буду падать неподалёку от вас. Не спец по парашютам, но, думаю, будет безопаснее не находиться с вами рядом, когда он станет раскрываться. И да, сейчас покажу, как раскрывать надо.