Кай помотал головой, показывая, что не мог понять моего желания вернуться:

— Я бы проклял их за то, что они сделали, и даже не вспомнил бы об их существовании! Если семья предаёт, то она не семья, — он нахмурился, его взгляд изменился, стал пронзительным. — Но, если ты действительно хочешь утереть им нос, ты должен вернуться.

От этих слов мне почему-то стало легче. Я кивнул:

— Иначе я не смогу получить достаточного влияния. Но изображать, что я их принимаю, мне претит. Да даже если бы попытался, я никогда не обману отца…

— Так и не надо ничего изображать. Скажи правду, — Кай ухмыльнулся. — Что ты позволишь им использовать тебя, потому что собираешься использовать их, — я удивился, как точно он угадал мои мысли. Он понизил голос и, медленно произнёс: — Ты вернёшься и станешь сильнейшим магом в истории Массвэлов!

Я улыбнулся. Пожалуй, это единственное, что мне оставалось.

— Ну а, зная директора, могу тебе сказать, что он решил, — подмигнул Кай.

Теперь, когда учился в Академии, я не мог решать вопросы о возвращении в семью самостоятельно. Не говоря уж о том, что Ниро и Массвэлы испокон веков враждовали. Что бы я ни думал, а решающее слово оставалось за директором, у которого сейчас были все права на своего студента, который к тому же ещё и договор с ним заключил.

— И? — спросил я. Кай, будучи сыном лорда Ниро, должен был понимать его мысли лучше, чем кто-либо.

— Он оставит решение за тобой.

— Серьёзно?

— Угу, — хихикнул он.

Я улыбнулся.

— За что ты такой везунчик? Почему мой отец не может быть таким же классным, как твой?

— О, зависть от великого Корна, — Кай рассмеялся. Поднял руки к потолку, будто изображал какой-то монумент и нараспев проговорил: — Это нужно увековечить в памяти!

Рука сама дёрнулась, чтобы дать ему подзатыльник. Наверное, не надо было этого делать, ведь он меня выслушал. Но порой он был совершенно невыносим. К тому же это приносило такое освежающее чувство…

Кай хмуро посмотрел на меня, потирая голову. Я встал и довольно потянулся.

— Надеюсь, ты не ошибся.

— Верь мне, — он задрал подбородок.

— Не лучшая фраза из твоих лживых уст, — хмыкнул я. — И всё-таки представить не мог, что ты даже не позубоскалишь по этому поводу, — я повернулся к нему и угрожающе посмотрел. — Только чтобы никому ни слова.

— Тц… не заслоняй мне свет, — он помахал рукой перед лицом, словно отгонял комара и вскочил на ноги. Широко улыбаясь, проговорил: — За кого ты меня принимаешь? Я лучший слушатель из возможных. Разве ты не знал, что это самый эффективный способ подхалимства? — он показал мне язык.