Это рассказывается долго, между первым апперкотом в селезёнку и завершающим в бороду прошло менее секунды.

Судья не успел объявить «один», на ринг из синего угла полетело полотенце, оба секунданта метнулись к телу. На общее приветствие, куда вышли все участники десяти поединков, Стивенсон не показался. В «Советском Спорте» вряд ли напишут, что кубинский звездун попал в реанимацию. Черепно-мозговая травма, оскольчатый перелом челюсти, повреждение шеи, многочисленные разрывы и кровоизлияние в брюшной полости. Классно провёл разминочный бой перед чемпионатом мира в Мюнхене.

Неудивительно, что «разбор полётов» в Госкомспорте СССР напоминал смесь поминок с комедией. Нас притащили на Лужнецкую набережную, где находился союзный Спорткомитет, долго мариновали в приёмной Павлова, туда набились какие-то чиновники неспортивного вида, то ли со Старой площади, то ли из МИДа, наконец, всех пригласили к председателю.

Сергея Павловича я видел впервые. Председатель ЦК ВЛКСМ, посол в разных странах, потом сразу же председатель Комитета по физической культуре и спорту при Совете министров СССР, он произвёл на меня впечатление человека, одинаково годного командовать балетом, образованием, профсоюзным движением, словом везде, где нет объективных результатов, а успех определяется только степенью надутости щёк. Спорт, где высчитывается количество медалей на международных соревнованиях, был, на мой некомпетентный взгляд, не самым лучшим применением для этого несгибаемого проводника генеральной линии партии.

Он начал с вопроса: отчего так случилось, что вместо ожидаемого реванша за Олимпиаду-восемьдесят советские боксёры осрамились ещё больше, затем, поймав сердитый взгляд одного из неспортивных гостей, «поставил вопрос ребром» о неспортивном поведении супертяжа Матюшевича.

Товарищ, сверливший глазами Павлова, перенёс прицел на меня и сказал себе «пли», в результате чего присутствующие узнали, что вызывающий и хулиганский поступок белорусского боксёра разрушает многолетние добрые отношения с Гаваной. Стивенсон — национальный герой кубы, Фидель Кастро считает его сыном. Жестокое, бесчеловечное избиение кубинского любителя бросает чёрную тень на весь советский спорт, на усилия советской дипломатии по распространению нашего влияния в странах Латинской Америки и Третьего Мира вообще.

Ага. Не из МИДа, иначе не стал бы так обхаивать дипломатов. Высокий клерк со Старой площади, ответственный за надзор за внешней политикой.

— Может, дадим высказаться виновнику? — предложил Николай Пархоменко из управления единоборств Госкомспорта, ответственный за бокс, первый кандидат в козлы отпущения за инцидент, в спортивной жизни борец, а не боксёр.