И он рассыпался прахом.

А я прошёл в башню.

Последнее время мы ликвидировали демонов не столько силой, сколько хитростью. Её Легиону точно было не занимать. И одной стороны, это было хорошо…

А с другой я опасался, что он сможет перехитрить меня. И тогда земля превратится в нечто похожее на этот ужасный мир, который украшает громадное Кровавое море.

В башне никакого сопротивления не было. Пока я поднимался по лестнице, не встретил ни одного демона.

Они все уже находились внизу, пытаясь одолеть захватчиков. Наивные идиоты!

Пусть прародитель демонов ещё не обрёл свою полную мощь, но он уже способен победить любого.

— Сань, ты понимаешь, что значат твои мысли? — внезапно спросил Легион.

— Я не имел в виду владык, — пояснил я.

— О, нет, как раз таки имел! Смотри, как всё изменилось… теперь ты веришь, что можешь их убить.

На это я отвечать не стал, хотя доля правды в словах Легиона была. Я ощущал всем своим нутром нашу мощь.

Наверху башни находилось всего одно помещение. Расплавив замок, я вошёл и обнаружил опочивальню.

На кровати сидела женщина, закованная в цепи. Её руки и ноги были скованы. При виде меня она широко улыбнулась.

— Ну, наконец-то! Сколько тысячелетий можно тебя ждать! — воскликнула она, поднимаясь.

Но цепи не позволили сделать ей больше двух шагов.

На миг я застыл. Предо мной была та, о которой в древности слагали легенды…

Демоны оставили в истории моего мира огромный след. И это хорошо чувствовалось там, где их путали с богами и высшими сущностями.

Её тоже спутали. И до сих пор она считалась самой прекрасной из богинь, а не ужасным демоном, кем являлась по своей сути.

Афродита — так её звали. Она была единственным представителем своего вида: демоном, который очаровывает своей красотой, а не похотью, как это делают суккубы. Демоном, увидев которого, застываешь…

И это подействовало даже на меня.

— Сань, ещё успеешь налюбоваться. Она принимает облик твоего идеала. Так всегда, — с ноткой разочарования проговорил Легион.

— Ага, ты думал встретить её такой, какой запомнил, — догадался я.

— Есть такое. Но она предпочла угодить тебе.

И Легиону это явно не нравилось.

— Так что освободишь меня? — нежным голоском спросила Афродита.

— Да, — кивнул я и приблизился к ней.

Она взглянула мне прямо в глаза, и было тяжело не поддаться её очарованию.

Легион помог мне отвести взгляд, и мы расплавили цепи, что сковывали ей руки и ноги.

— Наконец-то свобода! — обрадовалась она.

— Теперь уходим, — сообщил я и принялся чертить на полу пентаграмму для переноса обратно в свой мир.

Но не тут-то было…