— Хозяин, я все Ваши системы замедляю… Точнее укоряю… Точнее замедляю в ускоренном состоянии. Чтоб не блокировать этим Ваш мозг. Авось Вы, что за остаток времени и придумаете…
— А если нет? — безнадежно уточнил я, наблюдая пред собой интереснейшую галлюцинацию в виде сложившейся из серых пятен улыбчивой призрачной маски чем-то знакомого лица, так как реального выхода уже не видел.
— Ну, тогда тоже выход есть. Спячка! Я введу Вас и себя в состояние летаргии, и мы так можем пролежать очень и очень долго. Пока нас кто-то не отковыряет… Или не расковыряет. Например, как птица безмятежно спящего под древесной корой жука… Считаю это не вариант. Слишком, вокруг птиц много. Скорее всего, расковыряют… Жизни, как ни крути — не дадут. Так что думайте Хозяин, думайте. А я пока подготовлюсь…
— Дятлы… Да дятлов много… — согласился я с ней, и вдруг услышал тихий смех.
— Попа-а-алс-с-ся!.. — протяжно и знакомо зашипели.
Не смотря на окружающий меня камень, я похоже вспотел.
— Мурка! Мы не одни!!! — напряженно думая только о Мантикоре, пытаясь скрыть мысли от явившейся Богини Смерти, предупредил-бросил я.
— Понятно Хозяин! — печально доложила она, не став ни укорять, не говорить, что-то типа «… я же говорила!…».
— Хорош-ш-шо что ты ко мне с-с-сам з-саглянул, — растянул туман передо мной губы в глумливой улыбке, — а то я тебя потеряла… З-са тобой с-с-скучала… С-с-сильно переж-ш-шивала…
Чувствуя, как по всему телу от ее слов пробежал мороз, я не показывая, как реально нервничаю, продолжил ее слушать, параллельно пытаясь набросать хоть какой-то план. Но пока в голову ничего не шло. Разве что от ее слов в голове, многократно повторяя их, разносилось эхо…
— Вдруг ты куда уйдеш-ш-шь?.. Вдруг тихо там помреш-ш-шь?!. Умреш-ш-шь где-нибудь не з-сдес-сь… С-с-сбеж-шиш-шь тайно в другой мир опять, з-сас-ставив меня нес-счас-стную горевать… Давитьс-ся с-слезами и вс-с-споминать, какой ж-ш-ше ты был лакомый и с-с-сла-адкий… И тут вот! Вс-се наоборот!!!… Ты ко мне с-сам приш-шел! На пороге вс-с-стал, мило пос-с-стучал, и на тебе, давай топтатьс-ся и мятьс-ся, не реш-ш-шаяс-сь перес-с-ступить… — она мне подмигнула. — У муж-шчин ведь так рас-с-схвалена хра-аброс-с-сть, и где ж-ш-ше она⁈ — она сделала удивленное лицо. — Ну думаю, дай пос-с-смотрю… Чем с-с-смогу помогу… Ведь вс-се умные ж-шенщины з-сна-ают, — она лукаво улыбнулась, — у муж-шчин храброс-сть храброс-стью, увереннос-сть увереннос-стью, а хорош-ш-ший пинок под з-с-сад ес-сли вовремя, то никогда не лиш-ш-шний…
Последнее меня задело.
— А ты так не переживай!… — я улыбнулся ей в тон. — Слез не лей, не рыдай… Я тебя не звал, и к тебе не стучал. Так, просто мимо шел. И вдруг тебя нашел… — я почувствовал что краснею, так как от нервозности, из ее слов невесть как сплел что-то похожее на стих. Но ничего. Может под камнем не видно… В смысле то, что краснею. Хотя может, подумает, что я ее передразниваю…