— Ребята, подымите копья! Отступите… — это уже приказным тоном. — Осада снимается, можете уходить…

Несколько человек, демонстративно отставив копья и щиты, отправились к приоткрытым дверям, во внутренний двор.

— А че гад! Неплохо соображает… — про себя сообщил я своим, не выдержав и криво усмехнувшись. — И отвлек, и своих из под удара вывел… Молодчага!

Остальные подняли вертикально копья, и с ухмылками расслабленно стали отодвигаться от нас, как бы тоже, чтобы сложить оружие и щиты, и двинуться следом. Демонстративно открыв, и показав, что рядов оказывается не два, а целых три!.. За щитами сидели мечники на полуприсядках, и с обнаженными, готовыми к бою мечами…

— И хитер как хорек, однако! — переглянулся со своими я. — На таком пятачке, сформировать тотальное превосходство… Стратег! — невольно я его за уважал. Да, бой будет нелегким…

— Да расслабьтесь, расслабьтесь, что вы стоите настороженные⁈ Мы вас, правда, отпускаем. Или впускаем… как сами решите! — став строить милого «старичка», продолжил он увещевать. — Если хотите, милости просим! Есть отличный постоялый двор, причем мой, а «дорогим» гостям, там подадут самое лучшее! Сегодня, по-моему, запеченный окорок с жареными грибами… За серебрушку, для вас — очень недорого!

Елин сглотнул.

— Мягкий хлебушек, огурчики, пиво… А нет, так вы вольны уйти хоть сейчас! — продолжил грамотно он.

— Ребята, ворота откройте, а то ведь не верят, думают что «Ершинка», такая не гостеприимная…

К воротам бросились трое, и стали «пытаться» снять брус.

— Можете уходить! Препятствовать не станем.

Я не выдержав, снова ухмыльнулся. И мысленно бросил своим:

— Ну и хитер! Бобер хочет, чтобы мы и спинами стали… Так сказать для удобства… Думает, что не видим… Хорошо хоть теперь знаем как сей «град», называется. Сможем, если повезет, дальше сориентироваться…

Елин кивнул.

И вдруг, мне пришла идея…

— А что, может, подыграем⁈ Расслабим публику, хоть стрел в нас меньше полетит. По крайней мере, вначале…

— Давай! — согласилась Алинилинель.

— А как? — удивился Елин.

— А очень просто! — заулыбался я. — Выражаем заинтересованность в жрачьке, ночлеге, и нежелании никуда уходить, так как есть маги, а значит и телепорт. Разыгрываем веру, и благодарность за гостеприимство, и сулим много денег. А дальше посмотрим. Расслабятся по любому… В свое превосходство они безоговорочно верят, да оно пока так и есть… Так что Елин, первое на тебе — начинай выть, и умирать с голоду. У тебя это лучше всех получится… А ты Алин, начинай сулить бабки…

— Да нет, мы никуда не хотим… — оглянувшись на нас, и крайне отрицательно замахав головой, затараторил Елин. — И есть очень хочется!.. — слезливо продолжил он, исподлобья просяще оглянувшись на меня, — я неделю кроме коры, крыс и кореньев, ничего не ел! Я умираю от голода!!! — в конце плаксиво сорвавшись, выкрикнул он. — Я за жареные грибочки, — он неподдельно сглотнул, — и окорок… — слюны столько, что стала мешать говорить, и он стал пришепетывать, теряя ее на подбородок, — и десяток серебрушек отдам! Что там, за доброту золотой! И… еще один, — благодарно посмотрел он на старосту, — за постель без клещей… В лесу их тьма тьмущая… Заели хуже клопов — живого места нет! И муравьи… с комарами… и эта плесень, он поскребся… Я за баньку еще золотой накину… Нет, я хочу остаться! — он бросил молящий взгляд на меня, а потом ну очень благодарный взгляд на «старичка», — спасибо вам — староста!!!