— Даже если придется заключить сделку с дьяволом? — тихо поинтересовался я и хищно ухмыльнулся, перехватывая пулемет поудобнее и усаживаясь на колено. Во мне, конечно, дури много, но так-то меня система характеристика обделила. Прицельно стрелять с пулемета с рук не получается. Хотя не удивлюсь, если тот же Десант сможет делать это играющи.

— Бля, да за такие игрушки, я стану самым ярым демонопоклонником, — оскалился десантник, подхватывая щит и крутанув меч в руке. Судя по всему, собралась критическая масса протестующих. Что ж, почему-то вспоминается старый анекдот, который я некогда услышал.

Идет папа с сыном мимо митинга, видят, человек в форме стоит. Ребенок спрашивает у сына «Папа, папа, а кто это?». «Это ОМОНовец», отвечает отец. «Хуеновец» парирует мужчина в форме. «Ой, сына, пойдем отсюда, это СОБР».

Вот и мы сейчас выступали в роли жесткого решения проблемы несанкционированного митинга. Жаль, конечно, что я без брони. Если камни метать начнут, то будет больновато. Впрочем, Десант это тоже приметил и шагнул поближе, готовясь прикрывать меня щитом. Все-таки, основная огневая мощь в моих руках.

— Свалите по-хорошему! — внезапно выкрикнул кто-то из толпы.

— Предлагаю вам аналогичный выбор, — отозвался я. — Даю десять секунд на размышление. Десять, девять…

Толпа пришла в бурление и стоило мне досчитать до трех, как народ ринулся к нам. Ну что ж, они сами выбрали смерть. Как говорится, мирного решения не будет.

Пулемет загрохотал так, что у меня вновь заложило уши. Что-то совсем туго со слухом становится. Надо бы постоянно активные наушники таскать. А то, чего это я, Пушистику главное заказал, а себя обделил.

— Пушистик! Добивай, раненых! Чтоб никто не выжил! — проорал я, почувствовав азарт.

Лавина людей сначала замерла, когда я совершил первый перенос по сектору, выкашивая сразу с пару десятков человек, а затем и вовсе бросилась на утек. Кто-то испугался грохота, но куда больше народу испугалось того, что после первых же секунд стрельбы, на земле оказалось с пару десятков тел. Довольно урчащая лисица, прижившись к земле, на четвереньках рванула меж тел, выпустив когти и вскрывая глотки тем, кто пытался подняться, дергался или отползал.

— Как же ахуенно, — восхищенно прошептал Десант, когда я продолжая расстреливать ленту, принялся выкашивать уже убегающих.

Практически не бронированные тела гопоты валились на брусчатку как тряпичные куклы. Кому-то отрывало конечности, кому-то сносило часть головы, кто-то и вовсе в миг лишался одного из органов. Я прекрасно видел, как какой-то молодой парнишка, развернувшись на месте и пробежав лишь пару метров, тут же рухнул навзничь, складываясь пополам. Пуля пробила ему позвоночник, попросту переломив его скелет на две части.