Майор шумно выдохнул при виде такого количества одержимых крайне отталкивающего вида. Многие тела принадлежали пожилым людям, которые и при жизни выглядели так, что хоть в фильм ужаса без грима отправляй. Других привезли в морг после несчастных случаев, таких, как ДТП или падение с большой высоты. Над третьими успел поработать патологоанатом. Четвёртых нашли спустя много дней после смерти. И так далее.

Дав им пройти половину расстояния, я ударил массовым Изгнанием. От меня в сторону одержимых полетело облачко золотых, белых и розовых крупинок. Будто я дунул на муку в своих ладонях. Пылинки мгновенно достигли человеческие оболочки, сейчас занятые иномирными сущностями, пролетели сквозь них и растворились в стенах. Все те, кого мои чары затронули, мгновенно упали на пол, как марионетки, которым одновременно перерезали управляющие нити.

— Фу-ты ну-ты, — выдохнул автоматчик.

— Там ещё лезут, — произнёс майор, на котором лица не было. Эх, отвык эсбэшник от полевой работы в своём кабинете. Или даже вовсе никогда не работал, как его более молодой коллега. А по фотографиям да видеозаписям всей картины не сложишь и полноценных эмоций не получишь. — Сил хватит? Может разумнее отступить? Если перекрыть коридор твоим даром, то пусть одержимые долбятся в него и ждут спецназ.

— Справлюсь. Я то́рготов убивал. Что мне эта мелочь, — с лёгкой бравадой откликнулся я. Эмоции сами полезли из меня наружу. Именно сейчас я делал то, ради чего и существуют демонологи. Изгнание — это главное наше оружие. Наверное, первое заклинание, изученное магом, решившим бороться с инфернальными тварями, а не дружить с ними. Вернее даже служить.

Не прошло и минуты, как показались новые одержимые. Их было ещё больше, чем в предыдущей партии. Они даже не умещались в коридоре. Крайних едва ли не растирало о стены плотной живой массой. Те, кто падал, уже не поднимались и быстро превращался в изуродованные тела с переломанными костями и вылезающими внутренностями из прорех в туловище.

Не выдержав такого зрелища, автоматчик начал стрелять по одержимым до того, как они стали просачиваться через тесный дверной проём. Спустя несколько секунд к нему присоединился и майор.

«Идиоты», — поморщился я от оглушительных звуков пистолетных выстрелов. В тесном коридоре да со стенами, покрытыми кафелем, грохот пальбы, казалось, усиливался в разы. Прям как двухпудовой кувалдой по стальной плите со всей силы!

Подождав, когда одержимые втянуться в наш коридор, я вновь ударил по ним Изгнанием. А потом ещё раз и ещё, пока перестал видеть малейшее шевеление в груде тел.