крепость, такими были и стражники. Для начала они… сидели. Сидели, небрежно развалясь, как будто не на посту, а в казарме. У капитана бы был удар, мысленно усмехнулся Рем, подходя к воротам. — День добрый, служивые. — Он приветственно махнул рукой. — И тебе, погранец, день добрый. Помочь чем? Небось на сбор? — Точно, туда. Что, много народу собирается? — поинтересовался Рем. — Да как тебе сказать… Собирается много, у нас вот многих брали. Он вот ходил. — Стражник махнул рукой на молчащего соседа. — Да только берут не всех. Некоторые неделю добирались и на второй день уже в обратный путь собрались… Ну, ты иди, может, Локо к тебе повернется. Хотя удача это или нет — не угадаешь. Всем говорят, что на обучение собирают народ, да только не больно-то верится. Как бы в смертнички не попасть. — Тебе к казармам, — оборвал его второй стражник, — по этой улице до конца и налево, там спросишь. Пусть бог удачи последит за тобой. — Ну что же, посмотрим, кто из вас чего стоит. — Грузный немолодой усач расхаживал перед строем из пяти воинов, прибывших за последние сутки. — Каким оружием лучше всего владеешь? — Он подошел к крайнему, худощавому высокому блондину, явно уроженцу северных провинций. — Лук, сэр, длинный лук. — Ну, вот с тебя и начнем. Кто-нибудь еще считает, что лучше всего умеет владеть луком? Никто? Тогда ты один — вперед, мишень пятьдесят шагов, десять стрел, можешь не спешить. Рем всегда восхищался лучниками. Сам он луком владел неважно, иногда ему приходилось пользоваться арбалетом, и, хотя с ним многие бы могли поспорить, считал, что арбалет значительно проще в применении, чем лук. Лучник подошел к рубежу и одним плавным движением вытащил стрелу из колчана, наложил ее на тетиву и выпустил в цель. Красиво, подумал Рем. Однако стрела ушла достаточно сильно вправо и едва попала в установленную мишень, далеко от ее центра. — Я же сказал, можешь не спешить, — рявкнул усач. Вторая стрела ушла выше мишени, зарывшись в стоящий за нею стог, зато третья и четвертая легли практически точно в центр мишени. С разной долей успеха выпустив все десять стрел, лучник отступил с рубежа. В мишень попало семь стрел, и только три из них можно было считать выпущенными успешно. Наш капитан за такую стрельбу заставил бы полдня чистить конюшни, а потом еще столько же тренироваться на мишенях, усмехнулся про себя Рем. Все-таки жизнь в пограничной крепости сказывалась на подготовке. — Все ясно, сынок, можешь не продолжать. — Усач покачал головой. — Возвращайся в свои казармы, доложишься