Я принялся за дело.
В отдельной склянке имелся запасКраски , смешанной с каким-то реактивом. Здесь она выступала в роли катализатора. Заставляла кровь проявить свою суть.
Довольно быстро стало понятно, что кто бы не готовил задачу, подошел он к ней творчески. Однозначного ответа не было.
Большинство образцов принадлежали псионикам с очень однобокими талантами. Кто-то был крутым телекинетиком, кто-то мощным телепатом. Обнаружился и женский образец с талантом к Усилению Тела. Вот только в мужских образцах ничего подобного, наоборот, не имелось.
По итогу я мощно запотел.
Часа и правда оказалось мало.
Я был так сосредоточен, что в какой-то момент даже на замечания Старика перестал обращать внимания. В кои-то веки я ощутил его любопытство. Но что-то обсуждать тут реально не было времени. Я и так-то еле-еле успевал…
— Время! — объявил Коммод.
Ровно за три секунды до этого, я одну за другой вставил четверку склянок в приемный контейнер.
Хлоп!
Вместе с командой преподавателя контейнер захлопнулся.
Кто-то за соседним столом помянул тухлую Краску. Без опоздавших явно не обошлось.
— Сейчас Аркум обработает результаты, — сказал Коммод.
Ха!
Вот это прям таинственно прозвучало!
Аркум обработает? Может, речь просто о каком-то софте?
Так или не так, но результат Коммод зачитывал с куска картона, похожего на наши карточки, на которых проставлялись оценки.
— Кар, — начал Коммод. — Три балла. Линда Фишер — ноль баллов. Эрлинг Нул — восемь баллов…
Сперва показалось, что разброс будет очень большой. Но по факту очень быстро Коммод перешел на ноли. Эрлинг Нул — улыбчивый невысокий блондин, с торчащим под ухом выходом нейрошунта, очень долго был лидером. Причем, даже шестерок и семерок не было.
Так продолжалось до тех пор, пока не настояла очередь Гордина…
— Семь баллов.
Ага!
Видимо, это не была его сильнейшая сторона, но ниже определенной планки — очень высокой — он нигде не опускался.
Дальше снова было много нулей. Несколько единиц. И…
— Клайд Тринадцатый — восемь баллов.
Еще один кибернетик!
То есть лучшего псионика обошли уже двое. И оба были из Конгломерации. Интересно.
Под конец я уже готов был ногти грызть. Не давали мне этим заняться только понимание того, как долго и занудно станет гундеть после этого Старик. Ну и еще врожденный такт, конечно. Но это в меньшей степени.
— Михаил Звездный, — выдал Коммод наконец.
— Это я!
Коммод чуть прищурился, но комментировать не стал.
— Михаил Звездный, вы поместили в контейнер образцы, которых не было в числе представленных. Как вы это объясните?
На лицах парочки учеников с ближайших столов возникли ухмылочки. Даже у Гордиана уголки губ чуть дернулись.