Наконец, Тучнин просто замолчал, глядя на меня.
Я уж подумал, что он на этом сдаться. Но он все-таки сподобился на еще одно:
— Скажите, Михаил Романович… Это малоизвестный исторический факт, но если уж вы так настойчиво утверждаете, что способны на что-то претендовать… Как вы думаете…
Он сделал паузу.
И выдал:
— Вряд ли вы знаете, но род Тучниных несмотря на скромный титул, имеет очень длинную историю. Во многом даже уникальную. Все мои предки имели дворянский титул в Звездной Империи. Но ни один из них так и не получил наследуемого титула. Изначально моих дедов и прадедов это, конечно, очень печалило. Но постепенно наоборот стало предметом гордости. Поколение за поколением, столетие за столетием, в нашем роду обязательно находился муж, который своим трудом, честью и службой добивался приглашения в аристократическое сословие. Только личные качества, никаких привилегий и кумовства. Уже позже мы сами стали отказываться от наследуемого титула, видя в этом наш путь и нашу честь. Удивительная история, не так ли?
Философ изобразил скромную улыбку.
— Так вот ответьте мне, голубчик… За какое достойное деяние, первый аристократ в моем роду, Мормагон Первакович Тучнин получил свой титул?
Ученый смолк, меря меня снисходительным взглядом.
Это ловушка, — почти сразу подметил Старик. —Скорей всего, только он один знает ответ на это.
Аркум вообще воспримет это как честный вопрос? — отозвался я мысленно. — Так можно вообще спросить, как соседскую кошку зовут или еще что подобное.
Если оценить предыдущие вопросы и реакцию карточки на них.
Вероятно, да, воспримет, — отозвался Старик. —Если его род такой старый, если в нем действительно было много ученых, то эти сведения имеют историческую ценность. Для простого человека он необыкновенно эрудирован.
То есть, неправильный ответ мог скинуть меня с девятки на восьмерку, чего, конечно, не хотелось. Также можно было чего-нибудь набрехать, налить воды… Аркум не особо позитивно на такое реагировал, но шанс остаться с девяткой появлялся.
Но был и третий вариант.
Познание Сути.
Не меньше двух месяцев отката, — сразу прокомментировал Старик. —И это если есть еще хотя бы один человек, кто знает. Если нет… до полугода.
Вот же… черт Красочный.
С другой стороны, уже мое чутье подсказывало, что допуск в библиотеку — возможно даже более ценное приобретение. Ну а откат рано или поздно закончится.
— Ну что, Михаил Романович? — напомнил о себе Тучнин. — Вижу вы в затруднении. Спешу вас обрадовать, это будет последний вопрос. Мы и так с вами задержались…
— Мой ответ готов, — перебил я.