Замолчав, почти сразу директор исчез. Эта его речь оказалась куда короче той вступительной. Я расспросил ближайших ко мне учеников. И, оказалось, что ничего я не пропустил. Директор появился все за минуту до меня.
— Ты сразу с вещами? — раздался голос неподалеку.
Обернувшись, я заметил Алекса. А рядом с ним и Туна. Оказалось, они сидели совсем недалеко, закрытые группой кибернетиков.
— Ну а чего лишний раз ходить, — хмыкнул я, поставив сумку на пол.
— Миха! — выпалил Тун, сразу вскочив со скамьи. — Смотри!
Он достал из своего рюкзака электронную приблуду, которую я уже имел удовольствие видеть. Внешне она больше всего походила на штурвал от ховера. Когда я ее опробовал, меня и закинуло тогда в лес — на другой конец астероида.
— Тун, я тебе реально благодарен. Но что-то в прошлый раз…
— Так я доработал! — заверил он. Потом, правда, чуть смутился и добавил. — Ну, в смысле, у меня все равно не все детали были… Но теперь он точно лучше. Надо попробовать!
— Спасибо, — кивнул я. — Но я сам справлюсь.
— Ты что-то придумал? — спросил Алекс.
Он до этого тоже пытался мне помочь. Принес еще какой-то жутко-дорогой эликсир. Как я понял, это было что-то вроде Антикраски. Но более сильное. Способное не просто спрятать от обнаружения, но и противостоять всяким сигнальным техникам.
И, возможно, в тот раз я был ближе всего к успеху, потому что именно тогда меня от входа в аудиторию Стиххии меня выкинуло прямиком в космос.
В точности также не сработала пряжка, которую я отобрал у Спарка. И «пыльца с кожи черноеда», которую мне принесла Чу.
Энтузиазм пробовать новые идеи друзей у меня к тому моменту поиссяк. Последним озвученным вариантом было предложение Федора Баркова просто подкупить Злобина. Мол, деньги все любят. И даже вызывался добавить мне, если не хватит.
— И много добавишь? — скорее в шутку уточнил я тогда.
— Много не смогу, — с явным сожалением отозвался он. — Папенька затеял скупить бизнес у конкурентов. Основные ресурсы туда идут. Но пятнадцать-двадцать пожертвую на хорошее дело.
— Пятнадцать-двадцать и я пожертвую, — заметил Тун.
— Ну, это уже хорошая сумма, — заметил Федор. — Папенька говорит, что подпись планетного графа обходится от десяти тысяч. А если уже тридцать будет, то это уже к планетному маркизу ближе…
— Погоди, — Тун совсем перестал что-либо понимать. — Ты про десять тысяч чего?
— Пятипроцентовиков, — ответил Барков. — А ты про что?
Тут кибернетик на время утратил дар речи.
Да и остальные явно были впечатлены и посмотрели на Баркова совсем другими глазами. Если он мог «пожертвовать на хорошее дело» пятнадцать-двадцать тысяч пятипроцентовиков, то насколько в принципе был богат его род?