При этом старался быть максимально сосредоточенным на способности Навигатора.
— Привет, привет! — широко улыбнулся Борков. — Это тот самый Михаил, про которого я вам говорил! Точнее, Великий Михаил!
Бас Федора разлетелся вокруг. На мне сосредоточилось сразу несколько скептических взглядов.
— Что это на тебе? — спросил парень с зеленым перстнем на пальце.
Невысокий и немного манерный.
— Скафандр, — ответил я, пытаясь понять, чего именно хотела от меня тут способность.
— И зачем он тебе? — хмыкнул он же.
— В портальную комнату вернуться, — ответил я. — Там с безопасной зоной что-то. Не работает.
— Чего⁈
Вообще, я первое, что в голову пришло, буркнул, но парень прям сразу занервничал.
— Ха-ха-ха!
Громогласный хохот Боркова заставил парня вздрогнуть.
— Я же говорил! — воскликнул сам Федор. — Я лучшего шутника чем он в жизни не видел!
— Сомнительно, — с ноткой обиды заметил аристократ в ответ.
— Осторожнее, Барни! — хлопнул его сверху по плечу Борков. Отчего у «Барни» даже колени подогнулись. — Преподаватель философии тоже вот сомневался в Михаиле. А что в итоге?
— Да, я слышал эту историю, — заметил Барни. — Звучит и правда удивительно…
— Экий ты недоверчивый, — глянул на него снова Федор. А после перевел взгляд на меня. — Как все прошло с преподавателем Стихии?
— Пока никак, — ответил я.
— Что⁈ — взгляд Боркова вдруг посерьезнел. — Он снова не принял тебя? Это возмутительно!
— Что возмутительно?
Это уже донеслось сзади.
Шли Алекс, Тун, Альба… Последняя и задала вопрос.
— Вы же на псионику пошли? — спросил я парней.
— Коммод куда-то делся, — ответил Алекс. — Час ждали.
Странно. Всю тестовую неделю псионик безвылазно просидел в пси-пирамиде, принимая тех, кто хотел исправить оценки. А тут вдруг куда-то делся.
— А у тебя как? — спросил Алекс, окидывая взглядом мой скафандр.
— И что возмутительно? — добавила Альба с любопытством. — Мне только что рассказали, что в кабинете Стихии что-то случилось…
Она выразительно глянула на меня.
— Я тут причем? — ответил я, не став уточнять, что слегка попортил школьное имущество. В конце концов, это может и не я был.
— И ты нечего не знаешь? — уточнила она.
— Понятия не имею.
— Но тебя снова не допустили?
— Произвол, — развел руками я.
После этого Борков снова заявил, что терпеть такое нельзя. И призвал всех отправиться к нему и потребовать справедливого отношения.
Я, по правде, оценил. Борков, хоть и производил простоватое, даже неуклюжее впечатление. Парнем при этом явно был открытым и честным.
— Спасибо, — поблагодарил я его. — Но, возможно, у графа сейчас не лучшее настроение…