Те годы были богаты на события, и потому Хирако не помнил, сколько именно лет ему было. Шестнадцать? Восемнадцать? Двадцать? Странно, но он и правда слабо себе представлял, когда именно отец посадил сыновей в рубку “Удачи”, чтобы те набирались опыта. Правда, самостоятельно работать он им не позволял, из-за чего “Удача” всюду следовала за “Вепрем”, но спустя годы пиратский капитан мог сказать, что даже это потребовало от родителя больших усилий. Бороздить галактику не в одиночку, — что гораздо проще, — а в паре с кораблём, капитаны которого — малолетние зелёные оболтусы — это то, на что сам Хирако бы никогда не решился.

Слишком опасным становилось выполнение даже самых рядовых заказов, один из которых стал для отца последним.

“Вепря” настигли ракеты патрульного корвета, не ставшего мелочиться и применившего ядерные боеголовки. За такое в цивилизованных системах по головке не погладили бы даже армейцев, но на окраине среднего региона, в котором разразилась гражданская война, на подобные “ошибки” закрывали глаза. Для “Вепря” с его капитаном и экипажем это была быстрая и лёгкая смерть, если не считать того, что они за минуту до взрыва уже знали о своей неизбежной участи. Отец успел переслать на “Удачу” информацию по своим схронам, пару маршрутов для отступления, но даже не попрощался, исчезнув в облаке плазмы.

Хирако понимал, что у отца просто не было времени, ведь каждый отправленный пакет с информацией мог стать ключом к их спасению. Но всё равно злился — и пытался забыть.

С тех времён прошло почти двадцать лет. Хирако стал известным пиратским капитаном, да и Кардо тоже набил руку, смирившись с ролью вечного ведомого. И на протяжении всего этого времени они регулярно кого-то теряли: членов экипажа, информаторов, друзей, коллег и партнёров. Но всё это не вызывало в душе Хирако отклика…

До сего момента.

Бледный мужчина покинул приземляющееся судно через сервисный люк, инстинктивно уйдя в перекат и уменьшив энергию падения. Бешено завращав глазами он сразу отыскал челнок, рядом с которым собрались разумные и какие-то древние, едва ли способные достойно выполнять свою работу медицинские дроиды.

За то время, что потребовалось “Удаче” для высадки штатных механических медиков Хирако преодолел все триста метров, прорвался сквозь толпу техников, отбил локоть о громаду возвышавшейся над толпой “Эгиды” и рухнул на колени перед не самым чистым полотном отключенных механических носилок, на которых лежал старик Молли. Ему оказывали первую помощь медицинские дроиды, изначально присутствовавшие на Каюрри, но мужчина видел — этого мало.