Она обнялась с мамой, поцеловала в щеку папу и меня. От нее пахло вином и шоколадом.
— Проходите, ждали только вас, — сказала она. — Элен, ты мне поможешь?
Мама кивнула, и они вместе сразу скрылись в гостиной, откуда доносились женские голоса и смех. «Помощь», как обычно, заключалась в обсуждении свежих сплетен.
— Ладно, Алекс, пойду и я пообщаюсь. Не скучай! — Папа хлопнул меня по плечу и ушел в кабинет.
— Марк! — раздался оттуда голос отца Евы. — Сколько лет!
Дверь захлопнулась, и я остался наедине с легким облачком табачного дыма.
Сколько раз бывал у них в гостях — всегда одно и то же. Женщины пьют вино отдельно, мужики запираются в кабинете мистера О’Салливана, курят сигары, пьют виски и режутся в покер, обсуждая последние новости, женщин, спорт и политику. Мы же были неизменно предоставлены сами себе: комната Евы, накрытый стол и детские игры. В прошлом году почти весь вечер играли в «Монополию». Веселились до упаду! Вру, это сарказм.
— Сейчас вернусь, — послышался голос Евы из дальней комнаты.
Она вышла в прихожую и остановилась, не решаясь подойти ближе. Я тоже не понимал, как себя вести. Ева сегодня принарядилась, но не так, как обычно — на этот раз она обошлась без детского розового платья и картонной короны на голове. Я бы сказал, что выглядела она по-взрослому: легкий макияж, модно уложенные волосы, вечернее платье, туфли на каблуках и едва уловимый флер духов.
— Поздравляю с днем рождения, Ева! — сказал я. — Подарок будет чуть позже.
— Спасибо, Алекс, — она кивнула и прикусила губу. — Пойдем, познакомлю с ребятами. Ты никого не знаешь, это дети новых папиных друзей.
— Постой… — Я решил высказаться, пока мы наедине. — Прости, что не поздравил утром. И за то, что улетел с Тиссой…
Это было ошибкой. Зря я напомнил — по ее лицу пробежала тень.
— Понимаешь… Я эти дни сам не свой… Развод родителей, ночи в Дисгардиуме… Я виноват, что…
Чем больше я говорил, тем сильнее она кусала губу и сутулилась, а в глазах читалось: «Остановись».
— Она тебе нравится? — Ева посмотрела мне в глаза. — Только честно!
— Нравится. Но… — Я замялся, думая, как объяснить подруге, что она мне намного ближе, но в другом плане. — Э…
— Ладно, — просто ответила она. — Пойдем.
В ее комнате произошло много изменений. Все видеопанели на стенах теперь показывали не милых героев подростковых сериалов и анимационных котиков. Каждая стена отображала пейзаж взрослого Дисгардиума. Исчезла розовая подсветка под потолком, без которой тут все выглядело как-то мрачновато, к тому же с пола убрали уютный белый коврик.