Кое-какие фехтовальные навыки у него были, но они ему не помогли. Удар босой ногой между ног фактически свёл бой на нет. Вырвав из его руки нож и отбросив его в сторону, я схватил местного хозяина за волосы и, задрав голову и посмотрев в побелевшие от боли глаза, сказал:

— Пора платить по счетам, тварь.

Вырубив его ударом кулака, проделал ту же процедуру с Авдеем, после чего, сняв с пояса одного из убитых мужиков моток верёвки, за десять минут привязал обоих пленных к деревьям. Натянутые верёвки не давали им сесть, только стоять, вот они и стояли в десяти метрах друг напротив друга. Когда они очнутся, то смогут смотреть друг на друга, но пока они были без сознания.

Воспользовавшись этим, я сбегал к реке, проверил, как там лодка, окунулся и побежал в поместье. Лошадей охотников на месте не было. Значит, кто-то выжил и ведёт их сейчас на подворье. Так и оказалось: паренёк лет двенадцати ехал в седле хозяйского коня, двигаясь с остальными лошадьми к воротам. Судя по его спокойному виду, о случившемся как в лесу, так и в поместье он ещё не знал.

Вскинув трофейное ружьё, я опустил его. Далековато для выстрела. Поэтому пришлось бежать со всей возможной скоростью вслед за всадником, который как раз заводил лошадей на подворье.

Почти сразу послышался испуганный крик, который быстро прервался. Я пронёсся мимо небольшого стада коров, голов так в дюжину, и вбежал на подворье и почти сразу остановился, усмехнувшись — нашел глазами мальчишку. Он, похоже, увидев обрубки тел, раскиданные по всему подворью, от ужаса потерял сознание. Подойдя, приставил к его уху ствол ружья. Этот щенок присутствовал при пытке, именно он с двумя своими дружками, что сейчас лежали расчленённые во дворе, кидал в меня свиным калом. Поэтому я, нисколько не стесняясь и не сомневаясь, спустил курок. Жёстко? Может быть, но жизнь такая. Никто не просил их притаскивать меня сюда и изводить кнутом, радуясь экзекуции. Говно свиное, между прочим, было свежим, и дважды они попадали мне в лицо, вызывая радостный смех у остальной дворни.

Мысленно пробежался, подсчитывая, точно ли я уничтожил всех. Похоже, да.

Кстати, о кнуте. Найдя его в конюшне, я побежал обратно в лес. Там снова проделал ту же процедуру, помылся в реке, отнёс личные вещи в лодку и, одевшись в дорожную одежду, бельё, сапоги, брюки и нижнюю рубаху, оставил куртку в лодке, после чего направился к пленным.

Те к этому времени пришли в сознание и, судя по ссадинам на руках, пытались вырваться. Хрен им, уж я-то вязать умею.

— Не скучали? — весело спросил я, выходя на открытое место.