Подойдя к обеденному столу, я аккуратно отодвинул стул, сел и, положив на стол пистолет, стал ждать, крутя в руках кухонные ножи, найденные на месте. Я как раз проверял балансировку третьего, как появился первый «клиент».

Мужик лет под пятьдесят, в одних трусах, спустился со второго этажа, потирая спину и зевая, направился к холодильнику и, достав бутылку с молоком, с шумом начал пить. Похоже, это глава преступного клана, и, если судить по рассказу Джо, который работал у них на подхвате, еще тот ублюдок. Поэтому нож ласточкой пролетел и вошел в спину пившего молоко отца Амалии.

За три часа у меня в подсобке скопилось три тела, когда наконец послышались легкие шаги и знакомо скрипнула дверь туалета. После того как послышался шум спускаемой воды, в кухню проскользнула девушка и, взяв из холодильника сок, стала пить.

— Не подавись, красотка!

Эффект был противоположный, видно, сок пошел в не то горло, и, закашлявшись и обрызгав стену, она повернулась. Включив настенное бра, я позволил ей разглядеть себя, и, судя по тому, как она вздрогнула, — узнала сразу.

— Эрик, папа, все сюда! — взвизгнула она речитативом.

Теперь в этой особе не было ничего похожего на ту красотку, что я встретил вчера. Разозленная фурия, стоящая передо мной, могла бы сняться в фильме про ведьм, причем без всякого грима. Сверху послышался шум и топот ног, вниз спускался средний брат Амалии, Эрик, последний, кроме девушки, еще живой член семьи в доме.

— Амалия, что случилось? — взволнованно спросил вбегающий на кухню бугай, держа наготове дробовик.

Амалия молча ткнула в меня рукой. Бугай был нужен мне живой, поэтому, мгновенно скользнув к нему, я пробил несколько ударов: в плечо, чтобы отсушить руку, в горло, в солнечное сплетение. И когда он наклонился от удара в живот, мощно ударил сомкнутыми руками по затылку.

Вскрикнув, девчонка попробовала убежать, но я быстро догнал ее и, уворачиваясь от царапающих рук, попытался связать, но Амалия, извернувшись, все-таки успела полоснуть меня ногтями по лицу.

«Ну су…а, сама напросилась».

Сломав ей руки, я связал стонущую девушку и отнес к братцу, которого тоже стал связывать. После чего, подхватив дробовик и проверив его, еще раз пробежался по дому и осмотрел его. Все, как в обычном доме, вряд ли они что-нибудь тут прячут, значит, у них есть вторая «малина», где они хранят все награбленное. Будем интересоваться, благо есть у кого.

Выдернув кляп у Амалии и глянув на пришедшего в себя парня, я задал ей вопрос:

— Где машина и мои вещи?

— Да пошел ты! Знаешь, что братья сделают с тобой? Сперва кастрируют, потом. — Мне быстро надоело ее слушать, поэтому, заткнув кляп на место, я подошел к парню и, вынув кляп, спросил уже у него: