Меня переполняло бешенство от подобной подставы. Свирепо дыша, я яростно смотрел на отходящий от яхты траулер.

«Стараешься-стараешься, а тут такая фигня случается!» — сердито подумал я, прикидывая свои шансы на успех, в случае если мне придется рвануть к лежащей на берегу резиновой лодке и на ней добраться до траулера пиратов.

Однако мой план был несбыточной мечтой, и я прекрасно это понимал — пулеметчик был жив. Я знал это, просто чувствовал. Поэтому, злобно поглядев на траулер, я отполз назад и, развернувшись, рванул в обход к тому месту, где вышли из леса наши Сусанины. По моим прикидкам, довольно высокий корпус яхты закрывал эту часть леса, и у меня был шанс добраться до берега незамеченным.

«Раз-два, раз-два, раз-два, ой-ёй-ёй, твою… е… рот, развелось змеюк, проходу не дают. И раз-два, раз-два, раз-два!» — бежал я, перепрыгивая через поваленные деревья, кусты и здоровенных или маленьких змей.

Добравшись до нужного места, я осторожно приблизился к опушке и выглянул из-за дерева.

— А-атлично, чистоган! — протянул я, заметив, что траулер закрыт яхтой, и быстро выскочил на прибрежный песок, образующий небольшой пляж, окруженный с трех сторон мангровыми деревьями. Вот к воде я и бежал, держа на весу винтовку.

Домчавшись до кромки берега, где на песок набегали маленькие волны, без раздумий бросился в воду и, загребая ее ботинками, отчего морская вода брызгами разлеталась от меня, побежал по мелководью к яхте.

Чем дальше я шагал, тем глубже становилось дно. Когда до яхты осталось метров пятнадцать, вода достигала уже до шеи, отчего мне пришлось, оттолкнувшись от дна, поплыть к яхте, держа на весу винтовку и судорожно загребая свободной рукой. Закинул ногу на поручень, подтянулся одной рукой и, дотянувшись до переборки, положил на нее винтовку, и только потом залез сам.

Осторожно нырнув в окно, я подхватил винтовку и, разбрызгивая воду в каюте, достиг двери, с трудом открыл ее и очутился в коридоре. Отбросив в сторону деревянный стул и оттолкнув плавающий вокруг мусор, я рванул в ту сторону, где виднелась витая лестница. По пути перепрыгнул через тело моряка с нашивками третьего помощника, поднялся на палубу и, подползя к переборке, осторожно выглянул наружу.

«Какой прекрасный вид», — обрадованно подумал я, осматривая траулер. Приготовив винтовку, я просунул толстый ствол глушителя наружу и прицелился в широкоплечего здоровяка с ручным пулеметом в руках. Через всю грудь громилы были наспех навязаны бинты.

«Попал все-таки», — довольно подумал я. Даже поверхностный осмотр показал, что он ранен легко, так что он у меня был целью номер два. Целью номер один был капитан, который, прикрываясь двумя бронежилетами, надетыми на тело, стоял у штурвала. На третьего последнего я не особо обращал внимания: не вояка, шкет, типа «принеси-подай».