Бугай считал, что эволюция довольно-таки проста и понятна. Это непрерывный, в чём-то хаотичный, но в целом логичный процесс поиска наиболее оптимальных решений для преодоления меняющихся условий обитания.

Первые простейшие менялись и усложнялись потому, что так было гораздо легче выживать в изменяющихся условиях сурового первичного бульона. Потом что-то вынудило их выйти на поверхность.

Бугай видел видео-лекцию выдающегося популяризатора науки Станислава Картечевского (1), по озвученной им версии, тогда не существовало бактерий, которые профессионально занимались разложением дохлых существ и растений, поэтому падающие в воду деревья разлагались естественным путём, очень и очень медленно, выделяя при этом углекислый газ. В конце концов кислорода в воде становилось всё меньше, что вынудило некоторых существ отращивать лёгкие для сухопутной жизни, вырабатывать в себе волевые конечности и становиться первыми в истории диссидентами.

И этот процесс, то есть эволюция, никогда не заканчивался. Даже люди, даже после всего случившегося, подвержены эволюции, но они серьёзно отстают от заражённых, ну или мертвецов, хотя последняя формулировка не совсем верна. Мёртвое нельзя убить, а такие как Бугай вполне себе смертны, правда более трудные мишени, нежели живые.

Покончив с едой, Бугай, осознавший, что находится неподалёку от строительного магазина, решил забежать за дополнительными болтами и силиконом.

Уже у самой двери он что-то почувствовал. Укрывшись за большой клумбой с мёртвым растением, он затаился.

Мимо молча шли двое. Один военный, а другой Доктор.

— Вяз, слушай, а вдруг там сейчас дети какие-то или ещё кто-то? — задал явно беспокоящий его вопрос Доктор.

— Да нет там никого, не ссы, Доктор, — отмахнулся от него военный. — Никто не успел никого эвакуировать, ты сам всё видел, в городе случился пиздец и бардак, даже о больничке твоей никто не подумал, а это ведь объект высокой важности, врачей надо спасать, без них сейчас никак, сам понимаешь. Спасли, бля, тебя? Молчишь? Вот и правильно. Нет там никого.

Они шли на запад. Бугай хотел было увязаться следом, но передумал.

— Зеро, сука, жалко, — вдруг вновь заговорил военный. — Хороший был мужик, конечно, дохуя правильный, но, бля, хороший. За спину не переживаешь, когда он сзади, знаешь, Доктор… Жаль, что дурканул и вернулся, мог ведь уйти, сейчас жив был бы… Эх, дурак…

— Не, Вяз, у парня были принципы, — не согласился с ним Доктор. — Без принципов мы звери хуже мертвяков.

— Да кому в жопу твои принципы сдались? — возмутился Вяз, остановившись и закурив сигарету. — На принципах далеко не уедешь, эта хуйня из прошлой жизни. Кто сильнее — тот и прав, понимаешь, Доктор? Сейчас вот так. Всё, в пизду, пошли дальше, мне тут слегка не по себе…