Анри задумался, глядя на три куска перед ним. Его пальцы нервно подрагивали. Я ждал, затаив дыхание. Ну же, старик, давай, соглашайся!

— Ты лжешь! — вдруг крикнула Маргарет, шагнув к столу. — Ты думаешь только о себе, Крюк! Франсуа гниет в тюрьме, а ты торгуешься с моим отцом, как скупщик краденого! Ты не доктор, ты пират!

— Марго, хватит! — рявкнул Анри, ударив тростью по полу.

Она резко замолчала. Кажется я правильно понял мотивы Анри. Он жаден до золота. Он даже дочь свою «продал», чтобы с долгами расплатиться. И он согласится на мои условия. Я уверен. Вон как дочь окоротил — она аж задохнулась от обиды, проглотив еще несколько предложений, который она явно хотела выплеснуть.

Старик повернулся ко мне и тяжело вздохнул.

— Она права в одном, Крюк. Ты не тот, за кого себя выдаешь. Но я устал. Устал терять людей, устал от этого всего. Если ты обещаешь четверть золота, я поверю тебе.

Он открыл медальон, дрожащими пальцами вытащил из-под портрета жены маленький клочок бумаги и положил его на стол. Последний кусок карты.

Я едва сдержал улыбку — внутри все ликовало.

— Это все, что у меня есть, — сказал он тихо. — Я надеялся найти эти сокровища… Но, видно, судьба распорядилась иначе.

— Ты не пожалеешь, Анри, — сказал я искренне. — Я найду их. И четверть будет твоей.

Маргарет фыркнула, развернулась и вышла, хлопнув дверью так, что стены задрожали. Анри проводил ее грустным взглядом, но не остановил. Я понимал ее ярость — Олоне был ей дорог, а я стал для нее предателем. Но главное карта была у меня.

— Она не простит тебя, — тихо сказал Анри, глядя на дверь. — И меня, наверное, тоже.

— Она сильная, — ответил я, собирая куски карты. — Со временем поймет.

Да что мне — крестить с ней детей что ли?

Я сложил четыре фрагмента вместе, соединяя рваные края. Линии сливались, образуя очертания острова — круглого, с изогнутым берегом и красным крестиком на северо-западе. Я вгляделся в него, перебирая в памяти карты Карибов. Барбадос? Тобаго? Нет, не то. Остров был незнакомым.

— Ты знаешь, где это? — спросил Анри, заметив мое замешательство.

— Пока нет, — признался я, хмурясь. — Но найду.

Четыре куска были моими, но загадка оставалась.

«В глазах святого Бернара» — слова умирающего матроса крутились в голове.

Итак, первый кусок — из бутылочки матроса Джима, второй — от Люка за бой, третий — из медальона Анри, четвертый — из Библии Филиппа.

Анри полез в свои вещи и достал оттуда большую карту Карибского моря. Он разложил карту и пытался найти хоть что-то, похожее на остров с нашими сокровищами.

Я рассматривал сложенную карту и не мог понять, что меня смущает.