— Слушайте, а это обязательно? Ну, типа, гляньте на меня. Я ж не опасный! — Взмолился Леонид.

— Это мы еще выясним. А пока тут посиди. — Объяснил я необходимость «карантина».

— Ну серьезно, вы же не станете меня убивать? Да?

— Не болтай. — Шикнул на него Дима.

— Да как я могу не болтать, если вы сейчас пойдете думать, что со мной делать! Нифига, я не хочу тут подохнуть, я думал вы мне поможете! — Начал он говорить быстро и сбивчиво, видимо, поняв, чем все это запахло.

— Уж постарайся. — Выдохнул я.

— Давайте так, я хочу остаться здесь, а когда все это закончится, и мы вернемся на Землю, я вам всем дофига денег отвалю. Кучу! Я очень-очень богатый! Ну?

— Боюсь, твои представления о нашей дальнейшей судьбе слишком оптимистичны. — Неопределенно ответил я, махнул Диме, мол, пошли, и отправился к костру, оставив Леонида наедине со своими мыслями.

Вернуться обратно он задумал. Ну, ну… Будто бы это возможно. Будто бы уничтоженная промышленность восстановится волшебным образом, а большая часть населения, погибшая в результате апокалипсиса — оживёт. Незамутнённый идиот…

Рассевшись кругом, мы впервые за… не знаю, даже, сколько дней, собрались всем составом. Антон уже почти выздоровел — своевременная помощь пошла ему на пользу. Варя, пусть и передвигается на сделанных мною костылях, вела себя уже гораздо активнее. Молчит, разве что, все время, и хмурит лоб. Женя тут тоже, выглядит немного устало, но это гораздо лучше, чем ее вид вчера. Остальные были в порядке и в целом, можно сказать, что мы неплохи. Все относительно, но скоро мы сможем одновременно выполнять больше работ.

— Варь, — обратился я к девушке, — как твои ноги?

Волшебница немного удивилась такому вопросу, ведь планировалось обсуждать Леонида, но все же ответила, пусть и немного подумав:

— Спасибо всем… Не могу сказать, что я капец как счастлива, но раны зарастают.

— Несчастлива она! — Мягко пожурила девушку Женя. — Ты мне теперь жизнью обязана, да и всем остальным. Помнишь, когда мы тебя отбивали? Почти все получили раны.

— Помню… — Мрачно ответила она.

— Так вот, только с тобой я столько сил потратила! Потому что воли к жизни у тебя нет, Варь, соберись, ты нужна нам!

Я тоже припомнил ту свалку. Было тягостно. Ночами вспоминал несколько раз уже ту яму с трупами, и свои руки, перемазанные в крови. Словно это я виновен в смерти тех, кто лежал в огромной братской могиле. И рана на боку иногда ноет. Мне очень повезло, что ущерб был минимальный, едва жирок пробило. Больно, но совсем не смертельно, даже заражения не подхватили. Не то, совсем не то, как досталось Варе.