ГЛАВА 1. Письмо мертвеца
Когда в единственный законный выходной тебя поднимает с постели не желание наконец-то встать и выпить чашечку кофе, а звонок в дверь — это само по себе отвратительно. А уж если на часах без пяти семь утра…
— Кого бесы несут? — ещё толком не проснувшись, буркнула я. Надо было вовсе промолчать. Но я спросонок всегда туплю, вот и не сообразила.
— Срочный пакет для Мелины Трой, — ответил юношеский ломкий басок. — Нотариальная контора «Хольм и партнеры».
Что за чушь? Меньше всего в своей жизни я могла ожидать появления нотариусов. Тем более со срочной доставкой на дом.
Пришлось вставать, и хорошего настроения мне это не прибавило.
Накинула халат, босиком прошлепала к двери. Что за пакеты ни свет ни заря, о чем вообще они там думают? Еще бы среди ночи принесли.
На лестничной площадке ждал курьер, паренек лет семнадцати, не иначе студент на подработке. Вручил мне толстый конверт размером в половину печатного листа, получил взамен магически заверенную подпись и вдруг сказал:
— Вы извините, что так рано. Работа…
Злость куда-то делась.
— Хорошего дня, работничек, — фыркнула я. Паренек просиял улыбкой, пожелал мне того же и исчез с глаз долой. А я пошла варить кофе и разбираться с пакетом.
В конверте оказался другой, поменьше, и письмо-извещение на официальном бланке. С него я и начала.
«Госпожа Мелина Трой,
нотариальная контора «Хольм и партнеры» с прискорбием сообщает Вам о кончине Ольвея Тарганниса. Вы упомянуты в его завещании как получатель магической части имущества, для чего Вам надлежит явиться в любое из отделений нашей конторы в удобное для Вас время, но не пoзднее месяца со дня получения данного извещения».
— Не позднее месяца! — не сдержалась я. — Где логика? Целый месяц в запасе, а они будят меня в семь утра, как будто у них без меня зад подгорает! И кто такой, бесы его подери, этот Ольвей Тарганнис?
Звяқнула кофемашина, я налила большую кружку, присела к столу и вернулась к чтению.
«…со дня получения данного извещения. Кроме того, во исполнение последней воли почившего, мы пересылаем Вам его письмо.
С неизменным уважением…»
Подпись, дата, адрес конторы — это все я охватила одним быстрым взглядом, просто чтобы убедиться, что ничего существенного не осталось непрочитанным. Ладно. Посмотрим, что такого важного изволил написать абсолютно мне незнакомый Ольвей Тарганнис. Все-таки последнюю волю умерших не принято игнорировать.
Я вскрыла конверт и с трудом достала из него плотно свернутые листы толстой чароемкой бумаги. Дорогое удовольствие, даже очень дорогое, брать такую бумагу ради простого письма — все равно что колоть орехи Большой Королевской печатью. Бежевый оттенок — чары конфиденциальности. Интенcивность — почти цвета кофе с молоком, то еcть сил в чары вбухано немеряно. Все загадочней и загадочней…