— Тебе нравятся стихи? — спросила она, перелистывая страницы.
— Да. Моя предыдущая гувернантка читала их мне, — ответила Эбигейл.
Розали замерла.
— У тебя уже была гувернантка?
Эбигейл кивнула, не отрывая взгляда от цветка, который крутила в пальцах.
— И сколько же? — спросила Розали.
— О, много, — сказала Эбигейл. — Три, кажется.
Три! Розали потрясенно уставилась на нее.
— Почему так много?
— Дом их отпугнул, — беспечно ответила Эбигейл.
Розали посмотрела в сторону поместья. Дом их отпугнул?
— Иногда дом бывает по-настоящему пугающим, — продолжила девочка. — До твоего приезда он сильно на нас злился.
— А теперь он… доволен? — спросила Розали.
— О, да! — Эбигейл наконец подняла глаза и прищурилась, глядя на небо. — Ни единого облачка.
Дом влияет на погоду? Розали с тревогой посмотрела на Эбигейл. Странная выдумка. Возможно, девочка наслушалась слухов о поместье.
— Другие гувернантки, — нерешительно произнесла Розали. — Они уехали из-за дома?
Лицо Эбигейл стало серьезным.
— Да. Он обходился с ними ужасно. Воистину ужасно.
Холодок пробежал по спине Розали, и она поежилась, несмотря на солнечное тепло. Она мысленно одернула себя и покачала головой. Это всего лишь детские сказки. Лишь слухи. Не стоит позволять им пугать себя. И все же она не могла выбросить из головы то, что испытала сама.
Она вспомнила о теплом присутствии, которое, казалось, часто витало вокруг нее. Об ознобе осознания, пронзившем ее, когда она вошла в дом. О своем едва не случившемся падении, которое чудесным образом удалось предотвратить. О розе на подушке, о которой, судя по всему, никто ничего не знал. Розали нахмуренно посмотрела на дом.
— Вам не о чем беспокоиться, мисс Чемберс, — горячо заверила Эбигейл. — Вы нравитесь дому.
— Разве? — спросила Розали, не отрывая взгляда от темных окон, которые, казалось, смотрели на нее в ответ.
— Думаю, очень даже. И это прекрасно!
Розали с трудом оторвала взгляд от здания, чтобы полностью переключить внимание на Эбигейл.
— И почему же?
— Эбигейл! — окликнул чей-то голос.
Розали обернулась и увидела спешащую к ним Агату. Она улыбалась, но улыбка казалась натянутой. Позади нее суетились две служанки. Одной из них была горничная Эбигейл. Похоже, недолгое время, проведенное Розали наедине с девочкой, уже подошло к концу.
— Эбигейл, время обедать, — сказала Агата, как только поравнялась с ними. — Иди с Эдит.
Эбигейл быстро улыбнулась Розали, затем взяла свою горничную за руку, и они зашагали обратно к дому. Розали смотрела им вслед со смешанным чувством растерянности. Ее не покидало стойкое ощущение, что внезапное появление Агаты никак не связано со временем суток. По какой-то причине хозяйка дома не желала оставлять ее наедине с разговорчивым ребенком. И это лишь укрепило ее уверенность в том, что от нее что-то скрывают.